Королевство гнева и тумана

В среде фэйской знати жрицы нередко становились распорядительницами церемоний. Они совершали ритуалы, вели летопись фэйской истории, записывали легенды и сказания. Более того, они выступали признанными советницами в больших и малых делах. Правда, никаких проявлений магической силы Ианты я пока не видела, но когда спросила Ласэна, он нахмурился и ответил, что жрицы черпают силу в своих церемониях и сила их может быть смертельной, если они того пожелают. Наш разговор состоялся до дня зимнего солнцестояния. Во время празднества я внимательно наблюдала за Иантой, пытаясь уловить признаки ее магической силы. Я смотрела, как на рассвете она встала в особую позу, протянув руки навстречу восходящему солнцу. В какую-то секунду солнце словно бы оказалось у нее между ладонями, но и тогда я не ощутила ничего магического ни от Ианты, ни от земли под нашими ногами.

Я сама не знала, чего на самом деле ждала от Ианты — одной из двенадцати верховных жриц, которые вместе управляли всеми жрицами Притиании. Когда Тамлин объявил, что вскоре здесь появится его давняя подруга, взявшаяся возрождать обветшавший храм, я представила ее сообразно тому, что знала из смертных легенд. Почему-то я думала, что увижу женщину почтенного возраста, погруженную в себя. Легенды утверждали, будто все жрицы давали обет безбрачия… На следующее утро Ианта ворвалась в наш дом, как дуновение весеннего ветра, разметав все нелепые выдумки легенд. Особенно — по части обета безбрачия.

Выяснилось, что жрицы могут выходить замуж, рожать детей и развлекаться с мужчинами, если пожелают. Обет безбрачия стал бы оскорблением ценного дара Котла — дара плодородия. Для жриц, наоборот, считалось постыдным скрывать свои телесные устремления, ибо в них скрыта женская магия. Забеременевшая жрица считалась особо благословенной. Все это Ианта рассказала мне в первые же дни.

И если семь верховных правителей царствовали в Притиании, сидя на троне, двенадцать верховных жриц делали то же самое возле алтарей. Их потомство пользовалось таким же уважением и обладало такой же властью, как и дети любого верховного правителя. Ианта, будучи самой молодой верховной жрицей за последние триста лет, оставалась незамужней, бездетной и готовой дарить свои ласки «самым лучшим мужчинам Притиании».

Я нередко задумывалась: как ей удается быть такой свободной и одновременно такой собранной внутри?

Когда я не ответила на мягкий упрек Ианты, она спросила:"

"— Неужели ты до сих пор не решила, какого цвета будет твое свадебное платье? Белое? Розовое? Желтое? Может, красное?

— Только не красное.

С некоторых пор я возненавидела красный цвет. Амаранта носила алое платье. Такого же цвета была кровь и полосы на изуродованном теле Клеры Бадор, пригвожденном к стене.