Королевство гнева и тумана

Зачем им Фейра? Возможно, для собственных опытов с ее силами.

Аттор негромко рассмеялся:

— Я получил от короля известие, что она там. Как он узнал — меня не касается. Я получил приказ и со всех крыльев поспешил к стене.

На колене Азриеля замер кинжал. На ножнах серебристыми иллирианскими рунами было выведено имя оружия: «Правдорубец». Азриель уже знал, что аттор с приспешниками некоторое время прятались близ иллирианских земель. Меня так и подмывало схватить аттора за шиворот, зашвырнуть его в иллирианский военный лагерь и посмотреть, как тамошние воины обойдутся с неожиданным гостем.

Глаза аттора уставились на меня. Они сверкали ненавистью, к которой я давно привык.

— Удачи тебе, верховный правитель, в твоих попытках спрятать ее.

— Почему? — тихо спросил Азриель."

"Многие часто ошибаются, считая Кассиана наиболее диким и неуправляемым. Очень ошибаются. Кассиан горяч, но его характер сродни горячему металлу. Умелый кузнец выкует из такого характера то, что нужно. А чего недостает — приварит. Зато мне никогда не удавалось растопить ледяной гнев Азриеля. За все века, что мы знакомы, он мало рассказывал о своей жизни; особенно о годах, проведенных в отцовской крепости, где его держали как узника.

Возможно, там, в темной клетушке, у него и развился дар «певца теней». Возможно, он самостоятельно научился языку теней, ветра и камня. Его сводные братья тоже не отличались откровенностью. Мне довелось их встретить. Наш разговор ничего не дал, но когда они стали говорить гадости про Азриеля, я переломал им ноги.

Постепенно их кости срослись и зажили, калеками подлецы не остались.

— Думаешь, никто не знает, что ты забрал ее у Тамлина? — спросил аттор.

 — Да об этом известно сплошь и рядом.

Аттор не врал. Я уже знал это. Я дал Азриелю задание внимательно следить за положением дел при Дворе весны и готовиться к нападению на Сонное королевство.

Однако Тамлин закрыл границы своих земель. Запечатал их так крепко, что даже ночью проникнуть туда невозможно. Все глаза и уши, какие имелись у Азриеля при Дворе весны, вмиг ослепли и оглохли.

— Король разрешил бы оставить ее у тебя. Он пощадил бы тебя, согласись ты действовать на его стороне…

Пока аттор говорил, я проник в его разум. Каждая новая мысль была ужаснее и отвратительнее прежней.

Он даже не подозревал, что я копаюсь у него в мозгу… Армия правителя Сонного королевства. Точная копия той, против которой я бился пятьсот лет назад… Берега Сонного королевства со множеством военных кораблей, готовящихся отплыть к берегам Притиании… Сам король, восседающий на троне в своем обветшалом замке. И нигде — ни намека на воскресшего Юриана и на Котел. Никаких мыслей о Книге Дуновений. Все, в чем признался аттор, было правдой. Но ценности эта правда уже не имела.