Королевство Бездуш. Lastfata

Я от ужаса зажмурилась, а когда открыла глаза… Мы рухнули прямо в центр битвы! В бальном зале, который совсем недавно я видела сказочным и мерцающим, сейчас лилась кровь людей и жутких тварей Гряды. Мой испуганный взгляд выхватывал разрозненные фрагменты картины, которые не желали укладываться в голове. Там Аодхэн в окровавленной рубашке, но все еще швыряющий заклинания. Здесь студенты отбиваются от тряпичника. У стены мой дядя размахивает палкой, пытаясь отогнать ползущих хищников. Справа, за перевернутым столом, прячутся люди, рядом сдерживает атаку королевский советник Вандерфилд. Его ошарашенное, перекошенное при виде нас с Эшем лицо согрело мое замерзшее самолюбие. На передовой неприкосновенные и магистериусы, я вижу Магму, Шелдона, Ривза, его брата и отца, Эдди и его родителей, Эрика и Ари, будущую дознавательницу Ванду, зажимающую рану на плече, и ее подругу Вел, размахивающую мечом, Томаса, отважно закрывающего собой девушек-врачевательниц… даже Брин и Шелли… Левее кучка преподавателей и студентов закрылись щитом, который тает под натиском огнезмеев. Там кто-то бежит, здесь — лежит…

Эш уже спрыгнул на пол, спустил меня.

— Тина, уходи отсюда! — приказал он.

— Нет!

— Иди!

Листик плюнул огнем в сторону аспида, и черный зверь бросился на серебристого. Два хищника сплелись и покатились по полу, люди отхлынули с криками. Второй аспид повернул голову в нашу сторону. Эш вскинул руку и швырнул заклинание. Аспида снесло воздушной волной, и тот покатился по залу, тщетно цепляясь когтями за мраморный пол.

Твари ползли через пролом в стене, и Эш побежал туда, на ходу выкрикивая слова чароита. Приободрившись от подоспевшей помощи, за Вандерфилдом устремились заклинатели. Ривз стер кровь с лица, посмотрел на меня. И я ему улыбнулась — искренне, по-настоящему. Потому что была рада видеть его живым. Медленно кивнув, Клиффорд перепрыгнул через наваленные куски столов, и я увидела вспышку его нугата.

Тетя и дядя были живы, и я вздохнула с облегчением.

— Их слишком много! — закричал кто-то.

За проломом стены кипела битва, ночь стала светлее дня от взрывов нугатов и множества огнезмеев, извивающихся под ногами.

— Тиночка, немедленно обуйся! Ты простудишься!

Рядом возникло испачканное и встревоженное лицо тети. В руках она держала свои ботинки и поджимала ноги в смешных полосатых носках. Я хотела сказать, что простуда — меньшее, что может меня сейчас испугать, но лишь торопливо обняла тетушку, натянула обувку, зная, что тетя не отстанет, и приказала родственникам уходить. Но ответ уже не услышала, потому что бросилась к зияющей дыре в стене.

От прекрасной террасы с диванчиками и ледяными скульптурами ничего не осталось.