Короткое лето

– Но…

– В тишине! Обдумать – в тишине!

Я только вздохнул.

Больше никто из нас не произнес ни слова. Я выпустил Ирину на улицу, запер за ней дверь и отправился на кухню. Выпил кружку воды, избавляясь от сухости во рту, вызванной вчерашним злоупотреблением алкоголем, начал жарить яичницу с беконом.

На душе было паршиво. И даже не из-за размолвки с Ириной, просто как-то совсем не хочется в изолятор отправляться. Но и в бега пускаться не вариант. Дружине я на фиг не сдался, а вот Братство найдет. Даже в Северореченске отыщет, даже в Городе.

Спустился Иван, зевнул, почесал под футболкой пузо.

– Его прощальный завтрак? – пошутил, подперев плечом дверной косяк.

– Не смешно. – Я переставил сковороду с плиты на железную подставку, разрезал яичницу и спросил: – Будешь?

– Не откажусь. С вами девчонки что-то обсудить хотели.

– Еще никуда не ухожу.

И тут с улицы постучали во входную дверь.

– Точно не уходите? – хмыкнул Иван. – А то уведут сейчас под конвоем…

Я ушел в бар, выглянул в окно, стараясь особо не высовываться из-за простенка.

На крыльце стоял водитель Селина с какой-то папкой в руках.

Я отпер дверь, запуская его внутрь.

Иван вышел к нам с тарелкой в одной руке и вилкой в другой.

– Привет, Валер! – поздоровался он с водителем.

– Привет, Вань! – отозвался тот и протянул мне толстую папку документов.

Три экземпляра прошитых учредительных договоров «Первой винокурни на паях», передаточные акты, соглашения о стоимости передающихся в уставный капитал активов. Денис и Гамлет получали по двадцать процентов, их компаньоны по пять; мне оставалась половина.

Я внимательно просмотрел основные условия и принялся подписывать листы. Даже если меня сегодня не арестуют и банк не станет настаивать на досрочном погашении кредита, отказываться от сделки не в моих интересах.

По сути, новые компаньоны брали на себя содержание производства на время созревания спиртов.

Когда я заверил все соглашения, Валера убрал их в папку и протянул мне какой-то листок.

– Денис сказал, что здесь по больницам уточнить можно. Человек в курсе, поможет.

– Спасибо.

– По больницам? – удивился Иван, когда я проводил водителя и запер за ним дверь. – В тюрьме есть тоже лазарет.

Я узнал цитату из Высоцкого, но ничего объяснять помощнику не стал, налил себе чаю и принялся завтракать.

На кухню заглянули Юля и Вика, как-то странно посмотрели на меня, переглянулись и спросили:

– Дядя Слава, с вами точно все хорошо?

– А что такое? – чуть не подавился я от такого вопроса.

Гимназистки продемонстрировали мне забытые в подвале кожаные браслеты.

– В них не больше четверти энергии осталось, – пояснила Юля.

– В прошлый раз вам от половины плохо стало, – напомнила Вика.

– А! – понял я причину обеспокоенности девушек. – Нет, все нормально.