Короткое лето

На Север есть другие, куда более простые пути, где нет необходимости стрелять в староверов, – посмотрел я ему в глаза.

– Мы не стреляли ни в кого, – чуть нервно улыбнулся он. – Если кто и стрелял, то это точно не мы.

– А вы здесь кого-нибудь еще встречали?

– Мы – нет. Лодки местных видим на реке, и все.

– Коль! – вдруг крикнул Саня. – Слева!

Я дернулся от неожиданности, отскочил назад, вскидывая висящую под рукой винтовку в сторону этого самого «лева», и тут же все пошло наперекосяк. Подплывший клок тумана вдруг словно вывернулся наизнанку, сгустился, превратившись в некую гуманоидную полупрозрачную белесую тварь с огромной зубастой пастью, и та одним прыжком оказалась рядом с крайним в их строю северореченцем, молодым коренастым парнем, и вцепилась в него сразу зубами и когтями. Тот тут же выстрелил куда-то в землю, заорал так, словно его пополам живьем рвут, хлопнул второй выстрел, а я краем зрения увидел, что Воротников, схватившись за свой «вепрь», явно собирается пальнуть в меня. Среагировать я уже не успевал, но сначала раздались два хлопка сработавшего амулета, заставившие его нервно дернуться, а третья пуля ударила Воротникова в лицо. Дмитрий успел раньше, и стрелял он с глушителем, поэтому самих выстрелов никто не услышал.

Колдун, сначала было собравшийся повернуться к неожиданному нападению твари, дернулся уже в мою сторону, сведя руки у груди, и тогда я просто сунул ствол винтовки ему в грудь и дважды потянул спуск."

"Ни магия, ни амулеты от выстрела в упор не спасают, а «обманка» и «пустышка» одновременно попав в грудь, убьют на месте кого угодно, что и произошло. Колдун еще падал, а я уже сдавал задом, в частом темпе расстреливая магазин в стоявших напротив людей, а те разбегались в стороны, вскидывая оружие и открывая беспорядочную стрельбу во все стороны, и видел, как из очередного клока тумана сгустилась еще одна тварь, а следом еще. И в атаку твари переходили немедленно. Полыхнул выстрел из чаромета, не в меня, но тут же мир стал черно-белым и задергался, раз, второй, потом полыхнуло сзади, а Саня вскинул свой «суперщелчок» – и выскочившую сбоку тварь просто развеяло в клочья.

– В машину! – заорал я изо всех сил, закидывая винтовку себе за плечо и хватая из кузова вездехода дробовик.

Поворот, выстрел зажигательной картечью в очередное существо, бежавшее к нам, оно вдруг тоже обратилось в туман, а клочья его немедленно вспыхнули огнем и испарились, еще выстрел, еще, потому что фигуры приближались уже со всех сторон.

– Дима, за руль! – крикнул я, спиной переваливаясь в кузов и вталкивая патрон в магазин.