Развод с драконом. Попаданка в жену генерала

Кто она? Кем она была? Кем дважды была рождена в этом мире?

Как она выглядела? Как её звали? Кто она в другой жизни?

Наверняка она и сейчас жива. Наверняка живёт. И, пожалуй, только это знание и удерживало меня от окончательного безумия. Одержимые больше не страшны. Я больше не поведусь на надежду, что смогу встретить здесь свою Истинную. Теперь я точно знал — она в другом мире. И она в безопасности. Пусть живёт там.

Мысль о том, что она может там кого-то встретить, завести семью, злила. Раздражала дракона. Пришлось надавить на мужскую гордость, на всё, что с этим связано.

Пожалуй, их ряды уже сильно проредили. Перешагнув через обломки мебели, я заметил на полу мешочек с камнями. Распахнул его — внутри лежали артефакты, наполненные тьмой. Я сжал мешочек в руке и вышел из кабинета. Навстречу попался Бернард.

— Уберите здесь всё.

Сам же я, не осознавая до конца, что делаю, пошёл в сторону высокой башни. Распахнул дверь и сел на кровать, где когда-то спала Ирида. Тонкий аромат пиона всё ещё витал в воздухе. Едва уловимый — я зацепился за него, как за спасательный канат.

"Ирида… А ведь она стала пахнуть гораздо ярче именно после того… отравления. Я зарычал.

Неужели то была моя пара? Неужели каким-то образом моя пара могла путешествовать сюда? Занимать тело Ириды?

И что же она тогда видела?

Мою злость, мою ненависть, мою отстранённость…

Моё недоверие к её словам...

А ведь если подумать — то, что она отправила ребёнка в лес, было вполне в духе Ириды. И я… Я даже засомневался в действии эликсира правды.

Теперь же всё становится ясным.

И то, как Ирида не вступила в перепалку с Лилит, когда та бросилась на неё… Потому что эта была моя истинная, настоящая истинная.

И то, что Ирида сказала правду про ребенка и была обеспокоена его потерей. Да так, что сама рванула в лес и где заблудилась. Хотя Ирида уж точно знала местность.

Опять же, потому что это была моя пара, а не Ирида.

Моя пара молчала, просто отступала, избегала конфликтов, хотя настоящая Ирида никогда бы этого не сделала. Моя пара добровольно пребывала в башне.

Боги!

Слишком много было несостыковок.

Слишком поздно я начал их складывать воедино.

Но теперь уже всё ясно.

Я хотел крушить всё вокруг.

Я продолжал вспоминать всё, что происходило — с того самого момента отравления.

Как она говорила об этом, как... резко поменялось её поведение.

Как внезапно изменился её аромат.

И более того — она постоянно стала пахнуть пионом.

Тот же аромат, что когда-то едва уловимо витал в воздухе рядом с Иридой, теперь стал слишком насыщенным. Словно нарочито ярким.

А ведь моя пара и в самом деле могла слышать и чувствовать меня. Тогда, когда другие — даже самые близкие — не могли.