Космоолухи: рядом. Том 1
Порой победа доставляет больше проблем, чем поражение: DEX-компани уничтожена, разумные киборги официально приравнены к людям, и общество защиты киборгов во главе с Кирой Гибульской лихорадочно пытается управиться со свалившимся на него «счастьем». Ведь киборги, как и люди, совершенно разные, и к каждому нужно найти свой подход, что порой не удается даже самым лучшим психологам. К тому же далеко не все киборги радуются настигшей их свободе и не желают продавать свои убеждения ни за ящик печенья, ни за кастрюлю какао, ни за томик стихов Басё. Более того – даже та парочка, которую уже удалось пристроить в надежные руки, продолжает откалывать номера, добавляя Станиславу Петухову седин, а «Космическому мозгоеду» – приключений!
– А-а-а… Мм… Послушайте, кэп!
– Что?
Роджер обернулся, но настоящий капитан оказался еще страшнее тренировочного.
– Ну… это… Просто хотел пожелать вам спокойной ночи, – пробормотал Фрэнк и, понурившись, вышел.
Роджер опять остался наедине с киборгом. Вообще-то можно было прогнать и его, чтоб не мозолил глаза, но…
«Тренируй свою храбрость, // Молодой самурай, – одобрил Басё, но от шпильки все равно не удержался: – Раз тело не смог».
– Всему свой черед! – с вызовом пообещал Роджер, уже не опасаясь, что его кто-нибудь услышит.
Ну, кроме киборга.
– А ты, – Сакаи обошел вокруг Ворона, подозрительно щуря глаза, – ничего не хочешь мне сказать?
– Уточните приказ или переформулируйте, – штатно откликнулся киборг.
– Ладно, тогда встань вон там. – Капитан показал ему на дальний конец рубки. – И веди себя тихо, понял?
– Приказ принят к исполнению. Приказ выполнен.
Роджер проверил показания приборов и, убедившись, что все в порядке и искин бдит, устроился в нагретом кресле (ощущение скорее неприятное) и запустил в вирт-окне сэйнэн-аниме[22] про отважного воина-оборотня, страдающего от всего подряд на протяжении ста сорока серий и радостно встретившего смерть в сто сорок первой.
Роджер то и дело посматривал на киборга, но оставшийся без «подельника» Ворон поскучнел, утратил страсть к роковым взглядам, и, несмотря на его гнетущую компанию, через два часа капитан почувствовал, что начинает засыпать. Надо бы размять ноги.
Роджер прошелся по кораблю, заглянул к арестантам. Как оказалось, те выместили досаду на ни в чем не повинных журналах, наделав из них кособоких самолетиков и засыпав ими весь пол напротив решетки.
Среди самолетиков валялась «агитка» ОЗК, скромная восьмистраничная брошюра на серой шершавой бумаге. Видимо, выпала, когда Роджер нес ворам журналы.
Капитан подобрал ее и вернулся в рубку. Аниме стояло на паузе посреди серии, но от трагической музыки и мельтешения ярких картинок у Роджера уже болели глаза и мозги.
«Помните, – сразу бросился в глаза жирно выделенный и подчеркнутый абзац, – определить разумность киборга без тщательного углубленного тестирования и сканирования мозга невозможно! Самое распространенное заблуждение – считать, что если до трех лет срыв не произошел, то его можно уже не опасаться. Вполне возможно, что вы его просто не заметили.













