Космоолухи: рядом. Том 1

Как выяснилось, «полицейские» нужны даже мертвому городу. Все искусственные спутники рано или поздно сходят с орбиты, и, несмотря на продвинутые космические технологии ма-ка-хан, отдельные саркофаги регулярно вылетают за ограду Некрорбиса. Для возвращения их на место и существует почетная, всеми уважаемая должность гроболовов, занимать которую единовременно могут только пять ма-ка-хан, одна бригада.

– Одна-единственная на весь Некрорбис?! – изумился Роджер. – И ее хватает?

– Конечно, ведь предки покидают свою обитель крайне редко и только когда хотят донести до нас важную весть! Обычно гроболовы с почтением выслушивают всего пять-шесть саркофагов за смену…

– А что значит «выслушивают»? – с любопытством вклинилась в разговор Джилл.

Сперва Роджер подумал, что ма-ка-хане сочли вопрос непристойным, но нет – он оказался из раздела «зачем вы дышите» и «как вы ходите», поди пойми, как на это отвечать. Энергично посовещавшись между собой (вожак даже в запале клюнул одного из подчиненных в макушку, а тот, по цепочке, другого), они принялись объяснять суть дела на самом примитивном, как для несмышленого птенца, уровне.

Оказывается, каждый ма-ка-ханин обязан оставить после себя в этом мире песню, и умиленные родители записывают первый осмысленный щебет детища не на простую память, а на вечную. До этой записи птенец считается «не жившим», а значит, и переселения в Некрорбис не заслуживающим. В течение жизни ма-ка-ханина песня многократно переделывается, изменяется, усложняется, шлифуется, в общем, доводится до совершенства, а после его смерти отправляется на орбиту вместе с ним. Саркофаг непрерывно транслирует ее в космос в виде слабого, уловимого всего за сотню-другую метров сигнала, и когда коллективный разум Некрорбиса решает что-либо сообщить потомкам, то подходящий певец сходит с орбиты и отправляется на доклад к гроболовам.

Они его выслушивают и толкуют – например, если песня оказалась печальной, то Ханну ждет неурожай, эпидемия, потопы, засухи и тому подобные бедствия. Какие именно, можно расшифровать с помощью специального песенника, но вообще профессиональный гроболов должен знать его наизусть, все семь тысяч сто пятьдесят шесть ключ-кодов.

– Ничего себе! – вырвалось у Винни. – И что, хоть иногда угадывают?

Вожак с громким подсвистыванием (на этот раз действительно оскорбившись) заявил, что Ханна уже три тысячи лет процветает исключительно благодаря ценным советам покойных предков. Они там, в космосе, не отвлекаются на мирскую суету и все видят и знают.

– Вспомни наши астрологические календари, чокнутых проповедников или синоптические прогнозы, – посоветовала сержанту Джилл. – Куча людей в них тоже на полном серьезе верит.