Коварный обольститель

Кигли ограничился тем, что сказал:

– Конечно, ваша светлость! Как поживаете, сэр? Вижу, нога все еще доставляет вам некоторые неудобства.

Кигли заказал комнаты для Сильвестра в «Кингз-Хед». Похоже, он полагал, что там же можно без труда снять еще две, однако Феба заявила: она не может терять время и должна немедленно воссоединиться с леди Ингам.

– Было бы разумнее для начала удостовериться, что она все еще здесь, – сказал Сильвестр, на лицо которого опять набежала тучка. – Могу я предложить, чтобы вы поехали вместе с нами в «Кингз-Хед», пока Кигли наведет справки в «Шипе»?

– Не нужно никуда посылать Кигли, – вмешался Том. – Я сам туда съезжу. Позаботьтесь о Фебе до моего возвращения, Солфорд!

Девушка с большой неохотой отпустила юношу одного, поскольку полагала несправедливым, что ему придется принять на себя основную тяжесть неудовольствия леди Ингам; но он лишь рассмеялся в ответ, заявив, что способен держать удар куда лучше, чем она может себе представить, и был таков.

Гостиница «Кингз-Хед» оказалась не столь фешенебельной, как «Шип». Кигли считал, что среди постояльцев не найдется никого, кто мог бы узнать его светлость. Он снял гостиную и вскоре сообщил Фебе, что в наличии есть и свободная спальня, которую она может получить в свое распоряжение, если пожелает. Девушка, сидевшая рядом с Эдмундом, пока тот поглощал ужин, ответила:

– Благодарю вас, но… пожалуй, она мне не понадобится.

– Откуда мне знать? – откликнулся Сильвестр. – Мне тут пришло в голову, что вы отсутствовали больше недели. Должен признаться, я не рассчитываю, будто леди Ингам безропотно прождала вас в Дувре все это время, но, в конце концов, вы изучили ее характер лучше меня.

– Я написала ей, – с заминкой пробормотала Феба. – Она должна была знать, что я непременно вернусь. Или если не я, то хотя бы Том.

– В таком случае леди Ингам точно ожидает вашего возвращения, – сказал Сильвестр.

Голос его вновь прозвучал равнодушно; Феба ничего не ответила, а когда Эдмунд покончил с ужином, увела мальчика спать. Тут же появилась пухленькая служанка, чтобы предложить свои услуги, и поскольку Эдмунд немедленно проникся к ней приязнью, Феба со спокойной совестью оставила малыша на ее попечение. Очевидно, он надолго задержит ее рассказом о своих приключениях, поскольку, закрывая за собой дверь, девушка услышала, как малец для затравки сообщил служанке:

– Знаете, я – великий путешественник.

Войдя в гостиную, мисс Марлоу обнаружила, что Том уже вернулся после выполнения своей миссии. Он разговаривал с Сильвестром, и Феба сразу же отметила, что юноша мрачен. Девушка застыла у порога, с тревогой глядя на него. Он улыбнулся в ответ, но ограничился тем, что сказал:

– Ее там нет, Феба. Похоже, она укатила обратно в Лондон.