Коварный обольститель

Умиротворенная куртуазностью, с коей он склонился над ее ладонью, почтенная матрона взмахом руки предложила герцогу усаживаться в кресло по другую сторону камина и приступила к разговору, пожелав для начала узнать, как поживает его матушка.

– Я оставил ее в добром здравии, полагаю, – ответил он. – Но скажите мне, мадам, как чувствуете себя вы?

И она рассказала ему. Подробное изложение заняло добрых двадцать минут, вероятно, рассказ продлился бы еще больше, если бы она вдруг не вспомнила о том, что ей давно хотелось узнать. Резко оборвав перечисление своих хворей и недугов, миледи заявила:"

"– Но довольно об этом! Что это я слышу о вдове твоего брата? Ходят слухи, будто она вознамерилась выскочить за какого-то продавца галантерейных товаров. Я знала его родителя: препустой человечишко, хотя мог сойти за приятного и милого собеседника. А теперь говорят, что он вдруг превратился в законодателя мод и едва ли не всеобщего любимца. Полагаю, он богат до неприличия? Старый Фотерби наверняка должен был оставить после себя огромное состояние.

– О, он богат, как Золотой Мальчик![12] – ответил Сильвестр.

– В самом деле? Хм! – Слова крестника явно произвели на леди Ингам впечатление, но после недолгих раздумий она заметила: – Торопится снова выскочить замуж, не так ли? А что станется с мальчишкой?

– Разумеется, он останется в Чансе.

Она недоуменно воззрилась на него.

– Как, ты намерен обременить свою мать еще и заботой о нем?

– Нет конечно. – Герцог принялся крутить в пальцах свой лорнет, глядя, как вспыхивают отблески огня на увеличительном стекле. – Я сам подумываю о том, чтобы жениться, мадам.

– Что ж, давно пора, – сварливо заметила она. – На девчонке Торрингтон, полагаю?

– Все может быть. Пожалуй, она вполне подойдет для этой цели… Ежели я буду уверен, что она не заскучает в Чансе. Видите ли, мадам, я твердо намерен взять себе супругу, которая понравится моей матери.

Если леди Ингам и сочла подобные резоны весьма необычными для женитьбы, то решила все же оставить свои мысли при себе.

– Она покорила твое сердце? – пожелала узнать вдова.

– Ни в малейшей степени, – ответил он. – Теперь вы сами видите, в сколь затруднительном положении я оказался! Дайте мне совет, умоляю!

Леди Ингам погрузилась в молчание, но он знал, что она напряженно размышляет, и потому терпеливо ждал, беспечно поигрывая лорнетом.

– Ты можешь налить себе бокал вина, – вдруг предложила миледи. – Я тоже выпью капельку – хотя и знаю, что мне придется дорого заплатить за это.

Герцог встал и подошел к приставному столику, на котором Горвич оставил серебряный поднос.