Красивый, плохой, злой... (СИ)

Я лишь за одно не прощу тебя. За то, за что принято платить дважды.

— И что это? — вздернув бровь вверх спросила я, не имея понятия.

— Предательство. Если вздумаешь предать меня, будет плохо нам обоим. И мне будет неважно намеренно ты это сделала или нет. В обоих случаях, ты ответишь за это! Не сомневайся. Наказание будет суровым.

Он серьезно к делу подошел. Одержимый. Адам был прав. Безумие, хренового левела. С ума сойти.

— Угрожать девушкам, ты у своего брата научился? — с злой усмешкой спросила я, в ожидании ответа, который не сразу последовал. И даже не ответ, а вопрос.

— Что ты только что сказала?

Глава 12. Ты взяла моё сердце, положила в миксер и сделала коктейль

У меня просто вырвалось это. Я не хотела упоминать о его брате, о котором он ничего не говорил мне прежде. И вообще плохо судить человека по слухам. То что говорила Стелла, лучше делить надвое. Но отступать, было поздно.

— Я всё знаю. Вы оказывается были тут очень популярными, по части женского внимания, — съязвила я, продолжая нервно расхаживать по аудитории. — Случайно узнала, что в особенности, был садистом твой брат. А ты видно последовал плохому примеру, — сделала я преждевременный вывод. — Видно, как ты ценишь меня. Даже о брате не рассказал, — и с чего он должен был рассказывать мне об этом.

Затишье длинной в пять секунд или больше…

— Ты ничего не знаешь. Так что, закрой рот! — прорычал на меня по-настоящему злой Райан. — Я должен был догадаться, что до тебя это дойдет. Но даже в этом случае, я не жалею что не упоминал о нем. Он мне не брат. Начнем с этого. Более, тебе знать не нужно, — строго разъяснил Райан, не стоило возражать.

Как это не брат? Если все знают их как братьев.

— Но…

— Хватит, Розмари! — перебил меня Райан. — Что ты мне голову морочишь? Мы вообще-то он нас говорили, а ты приплела сюда…этого…

Думаю он его брат, но братом он его не считает из-за личных мотивов. Поссорились. Наверное, не поделили кого-то.

— Нет никаких нас, — усмехнулась я. После всего этого дерьма, мне вообще с ним разговаривать не хотелось. Он всё от меня скрывал. Считал меня тупой курицей, которую угодно только затащить в постель. — Оставь меня. Теперь я тебя по-хорошему прошу, — прошипела я, ухватившись обеими руками за телефон.

— Знаешь, что ты делаешь? Ты берешь моё сердце, кладешь в миксер и делаешь чертов коктейль, — ничего себе сравнение. Какая же я кровожадная. — Но я ничего не могу поделать с собой. Ты и всё.

Больной. Одержимый. И на всю голову, двинутый. Новые прилагательные для него.

Я решила прибегнуть к опасному маневру, в надежде сохранить свою свободу. Он же может меня и месяцами преследовать. Даже ради своей свободы, я не стану себя марать об этого ненормального.