Красная роза печали

Обидно, говорю, такое от вас слушать! Чего-чего, а уж способностей у нас очень даже достаточно. И не слишком ли, говорю, большую цену ломите, я же все-таки, говорю, не в школу для «новых русских» детей ребенка привел, а в самую простую, у вас, говорю, даже не гимназия.

Тут она зашипела на меня, как кобра прямо, ядом плюется.

– Да уж, – говорит, – в школе для «новых русских» инженерам делать нечего с вашими-то возможностями.

– А мне, – говорю, – такая школа для «новых русских» и даром не нужна, там детей ничему не учат. Мне, – говорю, – важно ребенку образование дать, у вас же, я чувствую, никакого образования не получишь, раз вздумали за деньги детей в простую школу принимать. И я, говорю, вопрос этот в роно обязательно поставлю.

Как она на меня зарычит, даже очки слетели! Идите, говорит, куда хотите, хоть в роно, хоть в министерство, станут там с вами разговаривать! А сейчас прошу вас из моего кабинета выйти и вообще здание школы покинуть."

"Вот вам и весь конфликт. А что я потом в вестибюле выражался, так очень накипело, но ничего я нецензурного не употреблял, вам и гардеробщица подтвердит, я же понимаю – школа все-таки…

– А где вы были вечером двадцать второго октября? – на всякий случай спросил Сергей.

– Мариночку в бассейн водил, – с готовностью откликнулся Юрий Иванович. – У нас время не очень удобное, с семи до девяти, да потом еще пока она волосы высушит. Я ее там ждал, потому что на улице дождь шел, по магазинам я не ходил.

– Кто-нибудь вас там видел?

– Три мамы и две бабушки, так с ними и просидел два часа, они могут подтвердить.

– Да-а, ну что ж, я пойду.

– Скажите, – Юрий Иванович отвел предательски заблестевшие глаза, – а как ее убили, директрису-то?

– Зарезали ножом в собственном кабинете, – сухо сказал Сергей, – а вы, я так понимаю, не очень по этому поводу расстроились?

– От вас ничего не скроешь! – развел руками Юрий Иванович.

Звонок в дверь раздался неожиданно. Маргарита Ивановна задремала, самого звонка не слышала, а проснулась только от лая Рамзеса. Она взглянула на часы: ровно четыре. Все правильно, это пришла давняя приятельница Зоя лечить зубы.

Маргарита Ивановна работала стоматологом много лет, потом вышла на пенсию, а потом, когда пенсии – и ее, и мужа – стало не хватать, решила немного подработать. Дочка была давно замужем и жила отдельно, и в ее комнате Маргарита Ивановна устроила маленький кабинетик. Она приобрела в своей бывшей поликлинике списанное кресло, бормашину, а материалы и лекарства купила импортные. И потихонечку стала лечить зубы сначала знакомым, потом – знакомым знакомых. Все оставались довольны, потому что брала она недорого, а пломбировала хорошо, рука у нее всегда была легкая.