Красная роза печали

Очевидно, фигурка эта часть какого-то украшения, не то брошки, не то заколки, и вот половинка откололась, а другая половина вместе с замочком осталась у хозяйки.

Сергей осторожно положил фигурку на прежнее место на полу подвала и потянул Юрия к выходу. Всю обратную дорогу он молчал, глубоко задумавшись.

Сергей с остервенением нажал на кнопку звонка и держал ее долго-долго. Похоже, что Барсукова Семена Николаевича, мужа покойной Мадам Джакузи, нет дома. Черт знает что, ведь договаривались же по телефону! Видно, придется уходить несолоно хлебавши.

Сергей уже сделал шаг к лифту, когда загремели замки, и слабый голос проговорил за дверью:

– Кто там?

– Милиция! – разозленно гаркнул Сергей. – Капитан Гусев, мы с вами договаривались о встрече.

– Ах, да, – тяжело вздохнули за дверью, и она открылась.

В прихожей полутемно, и Сергей с трудом разглядел невысокого мужчину в шелковом халате вишневого цвета. Мужчина небрит и всклокочен, как будто спросонья, хотя всего пять часов вечера.

– Простите, – пробормотал хозяин, – заснул я. Пью, знаете ли, успокоительное, доктор выписал, так вот, все время сплю.

– Ну-ну, – Сергей отвернулся, чтобы скрыть выражение своего лица, потому что муж покойной Мадам Джакузи ему сразу не понравился.

Конечно, какое ему дело до этого человека, возможно, они видятся первый и последний раз в жизни, но вот не нравился ему этот тип, и все! Идиотство какое, немолодой мужик – и в шелковом халате, словно киноартист или вообще голубой…

– Пройдемте в кабинет, – отрывисто пригласил хозяин, возможно, он почувствовал отношение к нему Сергея.

Кабинет обставлен роскошно. Огромный письменный стол, как видно красного дерева, величественно стоял у окна. На окне занавески плотного вишневого шелка с кистями, под цвет халата, как ехидно отметил Сергей. Еще в кабинете непременный кожаный диван, два таких же кресла, горка с фарфоровыми фигурками и в углу книжный шкаф. Он выглядел в этом кабинете как-то не к месту. Над диваном висела картина, может, и старинная, черт ее знает, Сергей не очень в этом разбирался.

– Это кабинет Марианны Валериановны? – полюбопытствовал Сергей.

– Не… не совсем. Она вообще-то все деловые вопросы предпочитала решать в офисе, а кабинет отдала мне.

– А вы, простите, кем работаете?

– Я, – Семен Николаевич пригладил волосы каким-то суетливым движением, – я, собственно, работаю сейчас дома, пишу книгу…

– А на какую тему, позвольте спросить? – не отставал Сергей.

– Я… по основной своей работе, – забормотал Барсуков, – я ведь раньше работал преподавателем, в Механическом институте… ну вот…

Он замолчал растерянно. Вообще Сергей заметил, что главное чувство, которое испытывает Барсуков, – это растерянность.