Красная роза печали

– В больнице не своя воля, – вздохнула Надежда, – соседей не выбирают. Совершенно разные люди могут лежать на соседних кроватях месяц, а то и больше…

Стоп! Наконец-то! Совершенно разные женщины… Разного общественного положения и уровня обеспеченности… А хотя… это только Мадам Джакузи сильно выпадала из общего уровня обеспеченности, но ее, с помощью Анны Давыдовны Соркиной, из общего списка исключили. А остальные не сильно различаются, вот разве что директор школы и дворник… Но это теперь, а раньше, когда существовала только бесплатная медицина, то все лечились в одних больницах и районных поликлиниках. Значит… значит, вполне могли четыре женщины столкнуться в какой-нибудь больнице, а ведь в больницах заводят подробную медицинскую карту, где есть и дата рождения, и домашний адрес, и даже место работы…

– Надежда, да ты меня не слушаешь совсем! – тормошила Алка подругу.

– Мне срочно нужно позвонить! – Надежда уже неслась по коридору к телефону-автомату на лестничной площадке.

Сергей позвонил в квартиру покойной Софроновой Сталины Викентьевны, чувствуя, что время пошло вспять. Опять он безнадежно ходит по родственникам и знакомым убитых женщин, пытается что-то выяснить. Однако сегодня у него благодаря Надежде конкретные вопросы.

Дверь открыла Наталья. То есть вначале Сергей и не понял, что это та самая зачуханная девица, что плакала перед ним в тот раз. Одета Наталья в простенькое ситцевое платье, но и в нем так хороша, что у Сергея перехватило дух.

«Не дело это – на чужих женщин заглядываться», – сердито одернул он себя.

Но поглядеть есть на что. Синие глаза сегодня чуть подкрашены и казались от этого еще больше. Светлая тяжелая коса убрана узлом – еще бы, замужней женщине полагается такая прическа. Однако щеки и губы рдели без всякой косметики, от естественных причин.

– Зравствуй, Наталья, – улыбнулся Сергей, – узнала меня?

– Конечно! Вы проходите вот на кухню, если не обидитесь.

– Чего мне обижаться? На кухню так на кухню.

Кухня у Натальи блестела, чувствовалось, что хозяйка ею гордится. Занавески в мелкую красно-белую клеточку ниспадали красивыми складками. На чисто вымытом подоконнике цвел розовым махровым цветом ванька мокрый. Наталья плавно и легко двигалась по своим владениям, нажала на кнопочку электрического чайника, насыпала в маленький чайник свежей заварки, достала печенье.

«Хозяйственная девка, – одобрительно подумал Сергей, – порядок навела, как на своем подворье. Эх, и повезло Сталининому сыну, просто счастливый билет вытащил!»

– Ну, рассказывай, как живете, – Сергей отхлебнул чая.

– Хорошо! – оживилась Наталья, но сообразила, что неприлично радоваться перед милицией, и настороженно замолчала.