Крепость большого леса

После дискуссии, оставшись один на один с Дионисием Порфирьевичем, Дорохов попытался уяснить неуловленные им моменты, но запутался ещё больше и решил не лезть в теоретические дебри, сосредоточившись на практической деятельности, дозволенной наукой в данной реальной ситуации.

Утром семнадцатого января запустили в иномериану ещё один беспилотник, дождались возвращения, полюбовались на пейзаж, выведенный с видеокамер аппарата на большой экран, и Дорохов собрал группу для последнего совещания."

"Из бойцов спецподразделения он, по выбору майора Ливенцова, оставил троих особо опытных, включил в группу десанта Платова и его главного оппонента Никитина из ядерной лаборатории ФСБ в Королёве и кратко объяснил оставшимся смысл десантирования в «брану Большого Леса».

Таким образом, на борту «Ми-38» к вечеру собрались десять человек: сам Дорохов, Платов с Никитиным, пилоты и майор Ливенцов со своими бойцами. Все пассажиры «вертушки» обзавелись «ратниками», кроме пилотов, облачённых в лётные комбинезоны, и выглядела группа внушительно, как подразделение «терминаторов», отправляющихся на сей раз не в прошлые времена для ликвидации неугодного компьютеру человека, а в другую вселенную, где остались земные попаданцы, чтобы попытаться спасти их и вернуть домой.

На борт «Ми-38» к этому времени уже было упаковано всё необходимое для рейда: оружие, спец-аппаратура для локации входа в иномериану, беспилотники малого класса, запасы продовольствия, сменная одежда, рации и даже противогазы. Последнюю опцию предложил Савкин, разочарованный решением генерала не брать помощника с собой. И он же провожал отбывающих, выгрузив их из минивэна в пятнадцати километрах от лагеря. Решено было стартовать подальше от любопытных глаз лагерного населения, поэтому готовили «Ми-38» к полёту на окраине посёлка Туринский, располагавшегося на тракте Тюмень – Салаирка.

Директору ФСБ Дорохов позвонил за пять минут до старта, не сообщив ему о том, что возглавляет экспедицию.

Шарий был чем-то сильно озабочен и выслушал заместителя с рассеянным видом, словно одновременно разговаривал с другим абонентом.

– Я понял, Андрей Тарасович, – буркнул он. – Надеюсь, всё пройдёт нормально. Кого посылаете?

– Группу под командованием Ливенцова.

– И всё?

Дорохов замялся.

– Просится Платов…

– Против него у меня нет возражений. Кто ещё?

– Думаю… решаю…

– Выбирайте сердцем, Андрей Тарасович, люди должны знать, на что идут. Риск беспрецедентен! Если мы облажаемся…

Дорохов невольно вскинул брови, подумав, не ослышался ли? Шарий никогда не позволял себе «мусорной» лексики.