Крепость большого леса

Чего вы хотите от меня?

– В ином мире остались ваши люди…

– Ваши тоже. Короче.

– Я хочу их вернуть, – сухо сказал Дорохов. – Но для этого мне нужна поддержка, в том числе – людьми и техникой.

Каменный рельеф лица Скоря изменил форму как после извержения вулкана. Оно теперь стало не столь складчатым, выражая любопытство.

– Вы хотите действовать вопреки указу… э-э, гаранта Конституции?

– Я хочу вернуть пропавших без вести! – повторил Дорохов.

– Не боитесь, что вас отдадут под суд?"

"– Не важно, что будет со мной. Возможно, у меня ничего не получится.

Однако мы странным образом обнаружили продолжение червоточины в пространстве, о чём практически никто не знает, и можем попробовать прорваться в Большой Лес.

Скорь помолчал, размышляя.

– Что вам нужно конкретно?

– В первую очередь надёжные люди, способные держать язык за зубами. Лучше из числа спецназа ССН. Во вторую очередь – техника: десяток дронов класса «разведчик» и вертолёт с экипажем.

– У вас не хватает вертолётов?

– Вертолётов достаточно, но все они в подчинении Минобороны, что не гарантирует молчание пилотов, вынужденных докладывать командованию о своих манёврах.

Не понимая, в чём дело, они могут проговориться. Я рассчитываю провернуть операцию десантирования в Большой Лес, не ожидая удара в спину, очень быстро и профессионально.

– Быстро не получится, Андрей Тарасович. Даже если «вертушка» прорвётся в Большой Лес, нет гарантий, что лётчики сразу обнаружат пропавших. А поиск может затянуться.

– Для того мне и нужны беспилотники. С их помощью обнаружить людей будет намного легче.

Скорь снова задумался, качнул головой, отвечая своим мыслям.

– Вы тянете меня за собой, Андрей Тарасович, пусть и не в могилу, и не на эшафот, но точно под трибунал.

– Операция будет рассчитана под гриф СС.

– Когда в операцию вовлекается большое количество людей, трудно обеспечить полную секретность.

– Вы отказываете?

Скорь поморщился.

– Не прыгайте через две ступеньки сразу, генерал. Мне надо подумать. Для такого мероприятия нужен верный союзник повыше рангом.

– Разве существуют такие… верные?

– Вот я и взвешиваю. – Скорь улыбнулся.

 – Во времена смены моральных принципов ничего гарантировать нельзя. Как говорят остряки…

– Ничего личного, только бизнес?

– Нет: если долго хранить верность, она испортится. Но я попробую найти выход.

– Есть кто-нибудь на примете?

– Виктор Афанасьевич.

Дорохов с сомнением пошевелил бровями.

– Вы имеете в виду вашего директора?

– Я знаком с Колесниченко пятнадцать лет, он мой друг. Не хочу подставлять человека, действуя за его спиной.

– Но он обязан… подчиняться министру обороны.