Крепость большого леса

Пахло в тоннеле совсем не лесными запахами, среди которых преобладали ароматы горевшей каменной крошки и нагретого металла."

"Приспособившись к полумраку, Максим разглядел в полу жёлоб глубиной сантиметров двадцать, а рядом в пыли цепочку следов: был чётко виден рисунок протекторов ботинок. Так как, кроме лётчиков, здесь бродить никто не мог, Максим сделал вывод, что следы оставили зазомбированные чёрным лесом пилоты «вертушек». Снова душу процарапало сомнение: уж слишком легко и просто лётчики открыли люк инопланетного сооружения, не имея никаких инструментов, приспособлений, взрывных устройств и кодов доступа к системам охраны цитадели.

Сверху, из колодца, донёсся голос Редошкина:

– Командир, ты там как?

– Нашёл открытый люк, – негромко ответил Максим. – Иду дальше.

Зашагал вдоль жёлоба, напрягая зрение.

Через десять метров тьма в коридоре сгустилась настолько, что пришлось включать фонарь.

Мощный трёхфарный луч света прорезал тоннель и упёрся в перегородку, сверкнувшую кристалликами слюды, в которой виднелась трапециевидной формы дверь. Она тоже была открыта – отодвинута вбок на четырёх штангах.

Тишина в подземелье по-прежнему не нарушалась ни единым звуком, и Максим двинулся вперёд, раздумывая, не позвать ли Редошкина. Решил углубиться в тоннель ещё на пару десятков метров, чтобы составить представление о сложности ходов. Пока что тоннель выглядел если и не идеально прямым, то ровным, не демонстрируя никаких хитростей.

За перегородкой он, однако, начал плавно поворачивать вправо, не меняя формы сечения.

Перегородка вскоре осталась за спиной разведчика, а впереди коридор разделился на два хода, оба овального сечения, но уже со стенами, облицованными чешуями метровой длины и цвета тусклого серебра.

Один упирался в стену такого же цвета, без признаков двери. Второй тоже утыкался в перегородку, но с уже открытой, выдвинутой всё на тех же штангах дверью.

Пол тоннеля в этой части подземелья был чистым, следы четырёх ног перестали быть видны, однако, кроме как в щель, лётчики пройти не могли, и Максим шагнул к перегородке толщиной с футбольный мяч. Остановился, разглядывая уходящий влево по кривой коридор с чешуйчатыми стенами. Из глубин подземелья донёсся странный звук – словно в стеклянном стакане задребезжала чайная ложка.

Стих. Заинтересованный, Максим углубился в коридор на десяток шагов и замер, услышав за спиной лязг.

Догадка сверкнула мгновением позже. Он тенью метнулся назад, но было уже поздно: штанги сократились, притягивая ребристую дверь, закрывшую проход. Слева и справа от двери остались торчать свернувшиеся коленчатыми рычагами штанги.

– М-мать твою! – выдохнул Максим, понимая, что попал в ловушку.

Зазвенело в ушах от сдерживаемой ярости.