Кровник (пенталогия)

 — Мы знакомы с ней почти неделю — и постоянно… ммм… да, только вот так. Представляете? Французы, они, знаете ли, вообще странный народ…

— Черт-те что, — смущенно пробормотал Эль — вместе с тем я заметил, что он испытывает заметное облегчение. — Прямо как в кино!

— Я вижу, дражайший Эль, что вы как будто чему-то даже обрадовались, — поделился я своими наблюдениями. — Что это с вами?

— Понимаете, я с самого начала высказал версию, что в моей гостинице… эмм… — Тут Эль запнулся и тотчас же поправился:

— Среди вверенного мне контингента не может быть таких типов, что шастают по карнизам и звонят куда попало.

Руководство мне, мягко говоря, не поверило — я, признаться, сам виноват в этом… Так вот — они потребовали «разрабатывать» вас, — Эль мило разулыбался и похлопал меня по плечу. — Но теперь — все. Теперь несостоятельность данной версии полностью доказана и я избавлен от необходимости делать лишнюю работу.

— То есть? — я изобразил непонимание. — Вы больше не будете ловить этого диверсанта?

— Не буду, — с каким-то непонятным злорадством заявил Эль. — Я с самого начала предположил, что это какой-то кретин прицепился к нашему распределительному щиту, который располагается отсюда в трех кварталах, и воспользовался колодкой, соответствующей номеру телефона господина Бермана.

А потом меня черт дернул доложить о своих подозрениях после осмотра номера мадам Ловаль. В принципе, если бы не моя профессиональная честность, не было бы необходимости во всех этих пертурбациях: все, что происходит вне стен гостиницы и не с моими клиентами, меня совершенно не касается. Подумаешь, какой-то кретин звонит себе откуда-то с улицы! Это уже не мои проблемы, для этого у нас есть соответствующие подразделения.

Ну так вот… В общем, я вас очень попрошу, милейший мистер Вуд: я вам раскрыл информацию ограниченного доступа, чтобы только загладить недоразумение — это я по поводу столь шумного вторжения в номер, так что…

— Я все прекрасно понял, достопочтенный Эль. — Я мудро прикрыл глаза и сделал успокаивающий жест:

— Не стоит волноваться. Я никому ничего не скажу — обещаю. А насчет мадам Ловаль можете не волноваться. — Тут я глумливо подмигнул Элю и изобразил движения сильно спешащего лыжника.

 — Мы решим этот маленький казус, но чуть позже. Мне сначала надо немного восстановиться — сами понимаете! И вот что — одолжите-ка все-таки сто баксов, старина! Эти ваши дежурные, они нас в буквальном смысле обирают как липку — за пятидесятидолларовую блузку поменяли бутылку низкопробного коньяка! Вы куда вообще смотрите, дражайший Эль? Одолжите, я в понедельник верну…"

"Вот на этой оптимистической ноте мы и расстались с замзавом гостиницы «Интурист» по безопасности, стариной Элем.