Кровник (пенталогия)

— Стаиш, бляд, малчиш, твар! — лениво посоветовал агрессор, продолжая выворачивать мои карманы. — А то застрилит, на хуй, буду!

— Прекрати, Крис, — менторским тоном распорядился цэрэушник. — Рано или поздно они закончат свое грязное дело и сами приступят к переговорам. Тогда и… Ай!

Тип, который обыскивал Фила, залепил ему солидную затрещину и коротко посоветовал:

— Нэ русски — нэ нада! Русски гавары, пидзюк! Или чэчэнски! — и довольно заржал, приглашая соратников разделить веселье.

Определив в одном из пары, что стояла поодаль, главаря банды, — судя по поведению, им был высокий симпатичный мужик в папахе, — я вежливо сдублировал попытку, обращаясь к нему:

— Не надо бить, уважаемый, мы охотно выполним все ваши требования…

Высокий поднял руку, останавливая моего шмональщика, уже было размахнувшегося, чтобы залепить мне еще одну оплеуху, и подошел поближе.

— Мы международная комиссия — исследуем эпидемиологическое состояние в республике, — торопливо протараторил я. — Мы находимся под покровительством самого Аслана Баграева…

— Мнэ хуй палажит на тывой Аслан! — белозубо оскалившись, весело заявил главарь и представился:

— Я — Махмуд.

Зыдэс я — самий главный. — Он широким жестом обвел рукой вокруг себя и по-детски склонил голову набок:

— Еще скажи?

— Аслан Баграев! У нас мандат есть — он подписал. Баг-ра-ев! Понимаешь? — терпеливо протянул я, дожидаясь, когда же наконец этот своенравный Махмуд допрет, на кого он «наехал», и коротко бросил Грегу по-английски:

— Покажи!

Опасливо покосившись на маячившего за спиной бандюгу, Грег осторожно достал из-за пазухи сложенный вчетверо лист и протянул его Махмуду.

Приняв мандат, главарь несколько секунд изучал его, держа несколько на отлете и показательно хмуря брови. Присмотревшись, я чуть не взвыл от досады — Махмуд держал лист вверх ногами. Да он же читать не умеет! Вот, блин, влипли!

— Мы такой вот так делаим, — сообщил наконец симпатичный невежда, внезапно скомкав листок и мазанув им себя по заднице. — Жеп витират на хуй — больше нет!

Грег, увидев, как непочтительно обошлись с его универсальной охранной грамотой, побагровел и начал угрожающе раздувать ноздри.

— Спокойно, старина, — пробормотал я, лихорадочно соображая, как выкрутиться из этой дурацкой истории.

До сих пор всесильная бумаженция срабатывала безотказно. В ходе путешествия нас неоднократно останавливали для проверки разнообразные наряды правоохранительных органов Ичкерии и несколько раз тормозили обыкновенные бандюги, мало чем отличающиеся от того отребья, что сейчас торчало на дороге и прикидывало, как им выгоднее распорядиться нашим имуществом. Никаких вопросов не возникало — достаточно было предъявить мандат.