Кровник (пенталогия)

 — Но, Федорыч, тут есть проблемка… В общем, мы тебя хотим попросить ссудить нас товаром в долг. На месяц, не более, потом отдадим.

— Ну ты даешь! — возмутился Попцов. — А что же ты сразу не сказал? И вообще, это что за новости? Вы всегда расплачивались вперед…

— На месяц, не более, — вкрадчиво повторил я. — Ты же прекрасно знаешь, с кем имеешь дело, Федорыч! У нас сейчас кое-какие трудности со счетами, слышал, наверно, насчет СБС «Агро»? Проблемы временные, через пару недель все утрясется, так что… Ну в самом деле, Федорыч, — ты прям как маленький!

— Месяц, говоришь? — недоверчиво переспросил Попцов, сверля меня водянистыми глазами, и хитро уточнил:

— С индексацией?

— Какая индексация, родной мой! — не поддался я на уловку, вовремя проявил бдительность.

 — Расчет-то в долларах! Через месяц, думаю, он цвет не поменяет, не скукожится, предпосылки пока отсутствуют. Ну не нуди, Федорыч, ты же хороший, я знаю!

— Ладно, хрен с вами, — барски махнул рукой Попцов и опять взялся за «мышку». — Сколько комплектов?

— Один, — беспечно сказал я. — Мы, конечно, зарабатываем прилично, но не Рокфеллеры, чтобы на такие бабки целый взвод вооружать.

Это же за «лимон» потянет, ты что, Федорыч!

— Один? — тревожным эхом откликнулся Попцов. — Ты уверен?

— Конечно, уверен! — как можно убедительнее заявил я и насторожился, что-то мне в тоне майора не понравилось. — Тебе какая разница, сколько нам чего надо? Мы платим, ты товар представляешь, всего-то делов. Когда понадобится еще, обратимся.

— Ага, понял. — Попцов почесал переносицу и кивнул в сторону стоявшего у стены небольшого металлического шкафчика.

 — Там для тебя еще кое-что есть. Иди возьми.

— Чего там? — поинтересовался я, ощущая лопатками, как напряглись за спиной парни с «кедрами». — Мне в принципе больше ничего не надо…

— Иди, иди, не пожалеешь, — напористо сказал Попцов. — Чего ты как к стулу прирос?

Действительно, чего прирос? Непонятно. Причин отказываться не было, я встал, сделал шесть шагов по направлению к ящику и открыл его. Обычная гардеробная кабинка, как в бане. На полке лежали несколько шерстяных лыжных шапок черного цвета, на крючке висели три пары наручников.

Почувствовал вдруг, как начала потеть спина. Это что, страшная ошибка или недоразумение?

— Не понял юмора, Федорыч, — медленно проговорил я, наблюдая, как Попцов откатывается в кресле за стол, в нишу, а двое стрелков из противоположной ниши делают два шага вперед. Периферийным зрением отметил, что третий стрелок, с торца который, отступил за стеллаж и присел на колено, выпадая таким образом из сектора возможной стрельбы своих сотоварищей. Теперь в этом секторе оставался один я.