Кровник (пенталогия)

Абреки не являлись профессиональными киллерами или специалистами по организации и проведению спецопераций, они всего лишь команда обеспечения. Иными словами, конвой. Проводка груза по КОРИДОРУ и защита его от неприятных случайностей, вот и вся специфика, для этого вполне годятся автоматы с подствольниками.

— Спасибо и на этом, — поблагодарил я, натягивая «разгрузку» и наскоро комплектуя носимый боезапас. Десять снаряженных магазинов, «АК» с подствольником, сумка с десятком ВОГ-25, напялив на себя всю эту благодать, я чуть не всплакнул от внезапно хлобыстнувшего по затылку ностальгического чувства.

Все, я уже не побирушка, который клянчит у толстожопого торгаша пистолет. Я хорошо вооруженный боец, сам себе командир и солдат…

— А-а-а-а… — раздалось из зала.

— А что-то ты рановато очухался, — сказал я, заходя в зал и садясь на стул напротив возлежавшего на диване пленника. — Череп крепкий или мозгов нет, сотрясаться нечему?

Бородач охнул, поджал голые колени к животу и, схватившись завязанными руками за окровавленный лоб, попытался сесть.

— Лежать, — пресек я нездоровое поползновение к самостоятельности.

 — Лежать и отвечать на вопросы. Пять вопросов, пять ответов. И, разойдемся по своим делам. Идет?

— Кто ты? — спросил бородач, выворачивая голову в мою сторону, я специально сел так, чтобы пленному было неудобно наблюдать за мной. — Что тебе надо? Ты не чеченец, говоришь не так… Ты знаешь хотя бы, кому дорогу перешел, нет? Знаешь, что с тобой сделают? Да тебя на части порежут и сушиться повесят во дворе!

— Я хозяин дома, — простецки признался я, переходя на русский. — Пришел домой, смотрю, вы тут. А я, между прочим, вас не звал.

Так вот, я решил восстановить историческую справедливость. У вас ведь тоже вот таким образом принято обращаться с незваными гостями… Э-э, ты чего, дядя?

Лицо бородача вдруг искривила гримаса отчаяния, с суеверным ужасом глядя на меня, он поднял руки, как бы защищаясь от неведомой напасти, и, два раза икнув, пролопотал по-русски:

— Ти умэр… Нэт, э, ти умэр! Ти нэ зыдэс должин бит…

— Ты что, знаешь меня? — удивился я. — Да не трясись, блин, надоел! Живой я, как видишь. Живой. А ты откуда меня знаешь? Насколько я помню, все люди Зелимхана, которые со мной имели честь общаться, благополучно отбыли в царство теней.

— Ращид Бэкмурза… — хрипло пролопотал пленник.

— Ага, знакомые буквы, — насторожился я. — И что, Рашид?

— Ми его тейп бил, — прокашлявшись, сообщил бородач. — Он хазаин бил. Потом Ращид пропадат, Зэлимхан высе под сэбэ вызял.

— Ага, — сообразил я. — Стало быть, ты меня видел, когда я в плену у Рашида сидел. Так?

— Ти мащин ехал, с Ращид, — подтвердил пленник. — Я подходил, гаварыл, Ращид бэс щьтаны бил. Ти его заложныкь вызял.