Крысятник

Место преступления Серый покинул в прекрасном расположении духа.

* * *Как ни пытались мысли Михаила Чертанова сосредоточиться на фантастической ночи, проведенной с Ангелиной, по приходе на работу он все же заставил себя заняться делом.

Ознакомившись с картотекой по беспалым правонарушителям, Михаил понял, что этот путь бесперспективен и лишь отдаляет его от истины. Как оказалось, в уголовной среде калек было немало: они теряли конечности в перестрелках, отмораживали пальцы на зоне, а то и просто калечились по пьяному делу. География их расселения выглядела неимоверно широкой, в общем-то, такой же, как и сама Россия. Едва ли не в каждой зоне можно было встретить парочку беспалых с очень криминальным прошлым.

Отсидев положенные сроки, они разбредались по стране, и проследить путь каждого из них просто не представлялось возможным."

"Следовало искать иные зацепки, а их не существовало. Организатор налетов был человеком опытным, очевидно, с немалым уголовным прошлым. Отпечатки своих пальцев он тщательно уничтожал, не оставляя даже окурков, — и последнее было странным, ведь не съедал же он их в конце концов!

А тут еще одно кровопролитие — на сей раз в «катране». Какой-то нервный посетитель завалил сразу двух человек, в том числе и хозяина заведения. Вообще-то обычная история. Странным было то, что, по описанию свидетеля, покинувший заведение мужчина был похож на того самого преступника, которым так интересовались на Петровке. Свидетельским показаниям приходилось верить — старик тридцать лет проработал в органах, и глаз у него был наметанный. И если так, то возникал вполне закономерный вопрос: а не загулялся ли на воле этот хладнокровный убийца?

Поразмыслив, Михаил решил встретиться со «смотрящим» Центрального округа, — «положенцем» Репой. Почему-то именно на этот округ приходилось подавляющее число ограблений. Кроме того, Репа давал «крышу» антикварщикам, и его не могло не беспокоить положение дел в его вотчине.

Смотрящий округа Репа слыл человеком закрытым, об этом знали все. И это при том, что положенец вел подчеркнуто богемный образ жизни — появлялся на разного рода презентациях, на светских раутах и был лично знаком со многими известными политиками и деятелями искусств. Но, в сущности, это была всего лишь оболочка, так сказать, панцирь, через который невозможно было достучаться до его настоящего нутра.

А был он человеком очень расчетливым и умным, редко с кем шел на сближение и, не взвесив все «за» и «против», не предпринимал никаких шагов. Встречался он с известными людьми не потому, что желал быть в курсе всех светских новостей, и совсем не для того, чтобы поднять на неведомую высоту свой личный рейтинг (он в нем не нуждался), а затем, чтобы поддерживать и развивать налаженные контакты.