Кто не думает о последствиях…

 – А Серов, скорей всего, просто уехал, может, деньги кому-то задолжал…

Не вникая в привычную перебранку родителей, Вика опять поднимала крышку, открывая окно в волшебный мир Интернета, мир пусть и виртуальный, но играющий яркими красками и придавший смысл ее жизни.

Раньше она жила без смысла. Друзей и подруг не было, девчонки в школе не пускали ее в «элитный круг». Верховодила у них Инга Макарова – высокая, броская брюнетка с блестящими, распущенными по плечам волосами, всегда одетая по последней моде. Вокруг нее и собирались остальные красавицы класса – на переменах, да и после занятий. Излюбленная тема их бесед – предстоящее замужество, которое считалось главной целью в жизни. Конечно, удачное замужество – предстоящий избранник должен быть из богатой семьи, с влиятельными родителями и шикарной машиной!

– Если он из бизнеса, то ездит на белом «Мерседесе», – со знанием дела объясняла Макарова, а девчонки, раскрыв рот, слушали. – А если из власти, то на черном! А если из бандитов – то они все на черных джипах! Это тоже неплохо, хотя такого убить могут…

Они обсуждали потенциальных женихов – в основном это были парни постарше, сидящие на открытой веранде кафе «Елена» наискосок от школы. Макарова строила глазки и совсем взрослым мужчинам, многозначительно намекая, что это наиболее перспективный путь к обеспеченному браку. Из соучеников пользовались успехом Сашка Веремеев и Юра Фиников, у которых отцы занимались бизнесом. Все остальные считались «ватниками» и интереса не вызывали. А Вику одноклассницы вообще не считали за человека и называли ее чувырлой. Макарова придумала эту кличку, так и пошло. Однажды Вика даже набросилась на обидчицу с кулаками, но та была сильнее, ходила на фитнес и надавала ей по морде. При всех! А остальные смеялись… Суки рваные! Мальчишки вообще не обращали на нее внимания, как на пустое место… Даже «ватники» не проявляли интереса…

Она смотрела на себя в зеркало: обычное овальное лицо, нос «уточкой», широко расставленные глаза, с морщинками вокруг – она постоянно щурилась, потому что носить уродские дешевые очки было стыдно… Да еще убогая одежда, полное отсутствие косметики – мать считала, что красятся только проститутки…"

"В этом городе она была никому не нужна. И ей никто не был нужен. Ничего ее не интересовало, ничего в этой жизни она не хотела. Маленький Волговятск – совсем не «маленький Париж». Училась она плохо, и будущая судьба ее была определена предельно точно: мясокомбинат.