Крымская ракета средней дальности

Пришел в себя, когда уже был в воде.

– Самолет развалился, когда упал в воду?

Я отрицательно покачал головой, и тут со своей кровати отозвалась Ирэн:

– Нет, он начал разваливаться еще в воздухе.

Все военные, в том числе и генерал, обернулись и посмотрели на Ирэн. Могу представить, сколько проклятий и угроз они мысленно произнесли в ее адрес.

– Товарищ министр, – произнес генерал негромко, искоса глядя на меня, как на заведенную бомбу. – Как можно принимать во внимание доводы людей с частичной потерей памяти? Вы взгляните на них – они же до сих пор в шоке! Я вовсе не хочу подвергать сомнению их желание помочь нам докопаться до истины.

Но давайте будем объективны: разве смогли бы они выжить, если бы самолет развалился в воздухе?

Этот довод показался министру заслуживающим внимание, и он вопросительно взглянул на меня.

– Самолет развалился в воздухе, – твердо сказал я. – Это я помню совершенно отчетливо."

"Кажется, в душе министра зародилось сомнение. Мне было жалко генерала, благополучие которого висело на волоске, и все же я не мог идти против истины. На собственной шкуре я прочувствовал, какой ценой достается правда и как легко ее затоптать в грязь.

Ирэн, испытывая, видимо, те же чувства, проявила солидарность со мной:

– И я совершенно отчетливо помню, что самолет развалился в воздухе! – ревниво сказала она. – Ему оторвало крыло и хвост!

– Товарищ министр! – ринулся в атаку генерал, но тут в каюту зашел человек в оранжевой спецовке. В руке он держал покореженный обломок самолета с дыркой посредине. Нечто похожее, с таким же идеально круглым, словно проделанным дрелью отверстием, я держал в своих руках час назад.

– Что? – спросил министр у человека, понимая, что без приглашения зайти сюда можно было лишь по причине, из ряда вон выходящей.

Человек поднял кусок металла и обвел пальцем отверстие.

– Это пробоина от стального шарика диаметром два сантиметра, какие обычно используются в качестве начинки для ракет класса «земля—воздух», – доложил он.

Министр пытливо взглянул в глаза генерала. Тот взял обломок, покрутил его в нервных пальцах и пожал плечами.

– Невероятно… – пробормотал он, не в силах поднять глаза. – Просто невероятно… Но это мог быть шарик от обыкновенного подшипника, которых в узлах и агрегатах самолета сотни!

– Не рассказывайте нам сказки, генерал! – жестким голосом ответил министр.

 – Кто, кроме вас, мог еще сбить самолет? Вы проводили учения с боевой стрельбой! Вы запускали по целям ракеты! Именно в это же время самолет пропал с экранов радаров!

Министр замолчал, полагая, что он поставил точку в расследовании инцидента, и в сопровождении клерков быстрыми шагами направился к выходу из каюты. Военные с угрюмыми лицами торопливо расступались перед ним.