Крымская ракета средней дальности
В горном Крыму расположена секретная воинская часть. Ни местные жители, ни органы правопорядка не знают, кто в ней служит и чем занимается личный состав. Только одна чудаковатая девушка утверждает, что эта воинская часть «нехорошая», странная. В ней якобы служит ее возлюбленный, да только на письма не откликается, со службы не возвращается – словом, как в воду канул. К кому только не обращалась за помощью – все тщетно! Частному детективу Кириллу Вацуре, как бывшему спецназовцу, несложно было бы разыскать пропавшего бойца, да вот только «воинскими делами» его сыскное агентство не занимается. Впрочем, не занималось до поры до времени. После того как над Черным морем был сбит пассажирский самолет, а несложные расчеты курса точно указали, что выпущена ракета была именно с той самой злополучной воинской части, Вацура приступил к расследованию. И ужаснулся тому, что ему стало известно...
– Я придумала, где нам поселиться так, чтобы ни милиция, ни убийца нас не нашли, – бормотала Ирэн, глядя в потолок. – Мы купим палатку, спальные мешки и будем жить на берегу моря, среди «диких» туристов.
Мой взгляд упал на графин. Я вскочил с кровати, схватил его и примерил в качестве булавы. Если по какой-то причине я не смогу ударить убийцу левой рукой, то ударю его правой – графином. Потеснив судно, я поставил графин под койку. Что еще можно придумать?
Тут вдруг дверь в палату распахнулась, и к нам зашла миловидная медсестра в шуршащем накрахмаленном халатике, с небольшим подносом, накрытым марлей.
"– А почему мы не спим? – пропела она. – Почему не гасим свет в палате? Ах, я буду ругаться, хорошие мои! Для кого распорядок дня написан, скажите мне на милость?
– Кто-то шумел в коридоре, – сказал я.
– Вас не должно это волновать. Вам надо думать о своем здоровье…
С этими словами она поставила поднос на стол и сняла марлю. На стерильной подкладке лежали два шприца в полной готовности к применению. Она изящно взяла один из них двумя пальчиками и подняла на уровень лица. Я невольно опустил взгляд. Загорелые ножки медсестры были безупречны.
– А какое место готовить? – спросила Ирэн и неуверенно взялась за ремень брюк.
Медсестра мило улыбнулась и шагнула ко мне.
– Только руку, только руку, – весело, словно исполняла задорную детскую песенку, произнесла она и села на край моей койки. Затем закинула ногу на ногу, взяла мою руку и положила себе выше колена.
– Расслабьтесь, не надо напрягаться, – промяукала она. – Я не сделаю вам больно.
Она легко пошлепала по моему локтевому сгибу, словно ребенка по попке, провела пальчиком по вспучившейся вене и вложила шприц себе в ладонь.
– Делаем вдох! – скомандовала она. – И останавливаем дыхание…
С этими словами она приблизила кончик иглы, на котором повисла прозрачная капелька, к моей вене. Совсем близко я видел ее разомкнутые губы, блестящий лоб, белую шапочку, прикрывающую край волос, светлые внимательные глаза и прикованный к моей вене взгляд…
Я успел ощутить холодное прикосновение иглы, резко согнул руку в локте и крепко схватил медсестру за запястье, заставив ее выронить шприц на постель.
Она испуганно вскрикнула. Не выпуская ее руки, я вскочил с койки и толкнул медсестру на стену.
– Кирилл, ты что делаешь?!
Медсестра истошно закричала, но я тотчас зажал ее рот ладонью, а вторую руку положил на ее горло.
– Кто тебе приказал сделать нам уколы? – зашипел я, едва не касаясь губами маленького розового уха медсестры.
Она замычала, покачала из стороны в сторону головой, отчего шапочка смялась и съехала набок. Я отнял ладонь от ее губ.
– Вы с ума сошли! – выкрикнула она, задыхаясь. – Это противошоковая терапия.















