Крымская ракета средней дальности

С той поры мы лишь перезванивались по пустяковым поводам, но – обязательно! – поздравляли друг друга пятнадцатого февраля, в день вывода войск из Афгана. Я знал, что Федьку повысили в звании и перевели в какой-то другой отдел, но он по-прежнему занимался тяжким криминалом.

Если бы сюда приехал Федька Новоруков, то многие глупые вопросы и недоразумения были бы сняты.

– А ну, дайте воздуху! Воздуху дайте! – прикрикнул милиционер на зевак, заставляя их отойти подальше от машин.

Меня подвели к «уазику» и поставили лицом к капоту. Сколько негодяев целовали его горячую поверхность, сколько жуликов кланялись ему, сколько подлецов разбило об него свои носы! Неужели настала моя очередь?

– У вас есть при себе какие-нибудь документы? – вполне миролюбиво спросил один из милиционеров и убрал короткий «калаш» за спину.

– Да, конечно, – ответил я и кивнул на свой «жигуль». – Они в машине. Можно взять?

Милиционер развел руками, мол, конечно, чего спрашиваешь. Я подумал, что слишком драматизирую ситуацию. Следователь вряд ли воспримет всерьез бредни старушки, и сейчас у меня проверят документы да отпустят восвояси.

Я повернулся, чтобы пойти к своему «жигулю», как мое сердце радостно встрепенулось в груди. Мне навстречу шел Федька Новоруков. Малорослый и худой, как школьник, с короткой стрижкой, в спортивном костюме, который скрывал его угловатую фигуру, он двигался на меня быстро и целеустремленно. Его комковатое, идеально выбритое и лоснящееся лицо ничего не выражало. Темные жесткие глаза смотрели на меня ровно и холодно. В первое мгновение мне показалось, что он меня не узнает и потому не улыбается и не раскрывает объятий. Но тотчас до меня дошло, что место преступления менее всего подходит для того, чтобы проявлять и выказывать приятельские чувства.

Поравнявшись со мной, Федька слегка нахмурил брови и, едва разомкнув губы, процедил:

– Что ты здесь делаешь?

Я только раскрыл рот, чтобы начать рассказ о дамочке, подъезде и двух выстрелах, как Федька коротко перебил меня:

– Позвони мне через пару часов на мобильный…

И тотчас отошел. Я оторопело смотрел на спину старого сослуживца. А что я хотел? Дружба дружбой, а служба службой… Новоруков пожал руки милиционерам, о чем-то спросил их и тем же наступательным шагом пошел дальше, вдоль дома, пристально глядя на живую изгородь из кустов. Через минуту он скрылся из виду, а я, как был, остался со своими проблемами."

"Тем не менее я почувствовал себя намного увереннее. Федька, по-видимому, уже в курсе, что меня задержали, и уже думает обо мне, решает, как помочь. Я подошел к «жигулю». Милиционер ненавязчиво последовал за мной. Паспорт вместе с правами и записной книжкой я держал в маленькой кожаной сумочке, которая лежала в бардачке.