Крымская ракета средней дальности

Она встала в горле колом, и я едва продышался.

– Что это? – сиплым голосом спросил я, набивая рот салом с хлебом.

– Спирт, – ответил Федька. – У ракетчиков всегда полно хорошего спирта… Давай еще по одной!

Он снова плеснул мне в кружку.

– Я все-таки рад видеть тебя, – признался Федька, – рад, что ты жив, несмотря на то что свалился с неба, словно тунгусский метеорит… Давай за нас, старина, за наше общее дело!

Мы опять тюкнулись кружками. Я залпом вылил спирт в рот, но тотчас вернул его обратно в кружку. Этого фокуса Федька, по-моему, не заметил.

– Жизнь – страшная, страшная штука… – бормотал он, неуверенной рукой нарезая сало.

 – Одна надежда: поставить точку… Ты не думай ни о чем, ты знай работай челюстями… И пей! Давай еще выпьем! Давай за нас, за Афган…

Он снова налил мне в кружку спирта. Я заметил, что сам он не пьет и с каждой минутой становится все более нервным и суетливым, словно его атаковали полчища муравьев, и они лезут ему под брюки и куртку, и Федьке приходится незаметно давить их на себе. Он явно хотел накачать меня своим адским пойлом до бессмысленного состояния. Улучив момент, когда Федька повернулся к окну, отдернул штору и посмотрел во двор, я выплеснул содержимое своей кружки в кашпо с засохшим кактусом.

Потом стукнул кружкой о стол и, скривившись, прижал кулак к губам.

– Ты закусывай, закусывай, – советовал Федька, вернувшись за стол. – Вот сало, хлеб… Если хочешь, сделай себе еще кофе…

Его руки не находили себе места. Несколько раз он поднес к глазам электронные часы и включил подсветку. Его лицо освещалось зеленоватым светом, и губы казались черными, как у мертвеца. Я как мог изображал опьянение.

А оно всегда начинается с развязности. Откинулся на спинку, задев локтем гильзу с карандашами, завел руки за затылок да еще водрузил ноги на соседний стул.

– Скажи, братан, а кого убили на том мосту, где ты назначил мне встречу? – спросил я.

– Не знаю, – скомканно ответил Федька, разминая в пальцах хлебный мякиш. – Бомжа какого-то… Или отдыхающего…

– А почему ты не приехал туда?

– Планы поменялись, – коротко ответил он.

Я видел, что эти вопросы ему не нравились и он терпит их только потому, что я вроде как пьян.

– Надо было перезвонить мне и предупредить, – проворчал я и громко икнул.

 – Ты же знал, что при мне была «пушка» и всякая встреча с милицией могла закончиться для меня печально…"

"Федька решительно встал и принялся убирать со стола. Он был настолько заведен, что не мог сидеть без дела. Я незаметно накрыл нож ладонью, затем подтянул его к себе и сунул в карман.

– Не о том думаешь, – бормотал он, смахивая крошки на пол. – Выпить еще хочешь?.. Ты думаешь о ерунде. Это все несущественные детали, не они составляют суть.