Крымская ракета средней дальности

Все операции по осуществлению запуском проводятся из командного пункта, одним человеком… Это правда, Кирилл!

Я отпустил его и в ярости потряс кулаками. Конечно, это правда! И мне, кретину, следовало бы догадаться об этом раньше. Но обстановка была такой, что у меня просто отключились мозги! И я позволил Новорукову увести нас из командного пункта в лес.

– Куртку получишь после того, как отключишь ракету, – сказал я.

До старта осталось одиннадцать минут. Мы побежали в часть. Новоруков впереди, а мы с Ирэн – сзади. Новорукова уже не надо было подгонять. Жалкий стержень, на котором держались его воля и внешнее бесстрашие, сломался, как мартовская сосулька.

Ужас прошлого ураганом ворвался в его душу и разметал ее.

– Предупреди своих церберов! – крикнул я, когда впереди показался пропускной пункт.

Новоруков вскинул вверх руку, чтобы крикнуть солдатам, но вдруг случилось нечто умопомрачительное. Со стороны КПП раздалась автоматная очередь, и Новоруков ничком упал на землю. Мы с Ирэн тоже кинулись в траву.

– Огонь! – крикнул я. – Лупи по ним! Не жалей патронов!

Ночной воздух задрожал от оглушительной стрельбы.

Малиновые трассеры тонкими лучиками устремились к будке, разбивая стекла и дырявя алюминиевые двери. Я вспомнил про гранаты. Выдернув чеку зубами, метнул увесистый металлический «бочонок» прямо в пустой оконный проем будки. Тяжелый взрыв разметал ее в клочья. Мы прижались к земле, накрыв руками головы. Несколько покореженных обломков упало рядом с нами. И все стихло.

Я вскочил на ноги и кинулся к Новорукову, который все это время лежал совершенно неподвижно.

– Эй, Федя, – прошептал я, переворачивая расслабленное тело на спину.

 – Ты так не шути…

Ирэн сдавленно ахнула. Мне показалось, что я начинаю медленно сходить с ума. Обнаженная грудь Новорукова была усеяна черными кровоточащими дырочками. Я прижался к ней ухом.

– Федя!! – крикнул я, приподняв угловатые плечи. – Федя, сволочь…

Теперь меня начали душить слезы. Слезы бессилия и отчаяния.

– Они приняли его за тебя, – произнесла Ирэн. – Надо было отдать ему куртку…

– Надо было! Надо было! – рявкнул я. – Ты сейчас самая умная, ты хорошо знаешь, что мне надо было и не надо было делать! Но ты мне скажи, что делать сейчас! Сейчас!

– Я не знаю, – прошептала Ирэн и закрыла лицо руками.

Я зарычал, как раненый зверь, подхватил «калаш» и побежал к штабу. Я бежал во весь дух и слышал, как за мной гремит ботинками Ирэн. Из дверей штаба на нас вдруг выскочили два солдата. Они не успели даже вскинуть автоматы, как я уложил их длинной очередью. Подбежав к двери, я чуть приоткрыл ее и швырнул внутрь гранату. Оглушительный хлопок! Дверь распахнулась, словно изнутри кто-то с силой ударил по ней ногой. Облако едкого дыма.