Крымская ракета средней дальности

Ее парень сначала числился пропавшим без вести… И вот что еще запало мне в память: когда мы ехали к ее дому, мне казалось, что за нами следит черный «Лендкрузер»…

– Мне плевать на «Лендкрузер»! – рявкнул Федька. Наверное, он решил, что я над ним издеваюсь. – Меня интересует только убитая! Что она сделала?

Не знаю, какое в этот момент было выражение на моем лице, но оно почему-то понравилось пьяной немолодой женщине из веселой бутылочной компании. Шурша галькой, она подошла ко мне и тронула за плечо.

– Красавчик, а штопора у тебя случайно не найдется?

Живот ее был пухлый, бугристый, с косыми, через весь живот, «автографами» хирургов. Я не успел прикрыть трубку рукой и отмахнуться от нее, как Федька нервно процедил:

– В общем, так, красавчик. Мне кажется, что ты вовсе не нуждаешься в моей помощи, тебе там хорошо и весело. Но хочу на всякий случай предупредить: у тебя очень большие проблемы.

– Постой! – сказал я, боясь, как бы Федька не отключил свой телефон (женщина, которой был нужен штопор, обернулась и вопросительно посмотрела на меня). – Скажи, для того, чтобы проблем не стало, мне достаточно прийти в милицию и сесть в СИЗО? Так, кажется, ты говорил минут пять назад?

Федька опять засопел, не зная, как мне ответить.

– Давай не будем торговаться, – жестко произнес он. – Если ты хочешь, чтобы я тебе помог, ты должен убедить меня в том, что не убивал эту женщину. А для этого тебе придется очень, очень потрудиться.

Вот это поворот! Только сейчас я понял, какая пропасть лежала между нами. Федька неожиданно раскрыл карты, и оказалось, что он подозревает меня в убийстве!

– Федор, – произнес я тихо, без эмоций и надрыва. – Я не убивал ее. Зачем мне ее убивать? Какой смысл? Напротив, я хотел помочь этой женщине.

– Смысл? – повторил Федька, раздумывая, выкладывать передо мной свой главный козырь или нет. – А смысл в том договоре, который мы нашли в сумочке убитой.

Наверное, у каждого человека в жизни бывают моменты, когда он решительно ничего не понимает. Именно такой момент наступил сейчас у меня.

– А ты можешь выражаться более ясно?

Я чувствовал, что он не верит моему недоумению, считает, что я играю, причем фальшиво.

– Я не знаю, Кирилл, почему ты так ко мне относишься, – устало произнес он. – Продолжаешь кривляться, хлопать глазами, как дурачок. Я ведь искренне хочу тебе помочь, но ты пытаешься водить меня за нос… Что ж, выражаюсь более ясно: в сумочке убитой нашли проект договора некоего Фатьянова со строительной фирмой «Пальмира» о строительстве загородного дома общей площадью тысяча двести квадратных метров и стоимостью триста тысяч долларов…

– Но при чем здесь я?"

"– Фу-ты, ну-ты, – тяжело вздохнул Федька, словно выполнял тяжелую и неприятную работу.