Красотка

Пастельным цветом он напоминал медицинскую форму, но скроен был не в пример затейливее и из весьма добротной ткани. Проницательный опер сразу понял, что девица старательно маскируется на местности.

– Сам раздеться не смогу, – отвечая на вопрос про голых, космонавт Таганцев с некоторым усилием развел закованными руками и простодушно заморгал. – Вот если поможете…

– Чем смогу – помогу, – пообещала девица и символически пожала непослушную руку Таганцева. – Будем знакомы, Константин Сергеевич, я Кристина Викторовна Боброва…

– Боброва, Боброва, – забормотал Таганцев, вспоминая. – Где-то я слышал уже эту фа милию…

– Виктор Григорьевич Бобров – директор нашей клиники, – чуть покраснев, сказала Кристина Викторовна. – А я его дочь и руководитель здешнего пиар-отдела.

– Понятно.

Таганцев наконец вспомнил: фамилия Бобровых была ему известна безотносительно пиара и эстетической медицины. С Саней и Маней Бобровыми – молодой семьей ботаников-наркоманов – Константин Сергеевич познакомился с месяц назад в ходе их оперативной разработки и задержания.

Те Бобровы старательно утеплили балкон своей «однушки», купили контейнеры, землю, увлажнитель воздуха и мощные лампы. Этого оборудования вкупе с посадочным материалом оказалось достаточно, чтобы создать мини-плантацию марихуаны.

– Только не думайте, пожалуйста, что я получила эту должность по блату, – предостерегла Константина Сергеевича занятая в легальном бизнесе Кристина Викторовна.

Очевидно, все думали именно так, и Таганцев не стал исключением. Однако из вежливости он согласился:

– Не буду так думать, – и тут же спросил: – А как надо?

Кристина Викторовна поморщилась, и ее пухлые губки шевельнулись, беззвучно выговорив нелестные для Таганцева слова «вот тупой».

– Я заняла эту вакансию в результате конкурсного отбора, папа мне совершенно не содействовал, – ответила с нотками обиды в голосе Боброва-дочь. – Я просто хороший специалист по взаимодействию со СМИ, вот и все. Вы сможете убедиться в этом, если у нас с вами сложатся хорошие рабочие отношения.

– Отчего бы им не сложиться? – философски спросил Таганцев, не забывший, что по актуальной версии он не опер, а блоггер.

Вот как опер он мог складывать рабочие отношения только с преступными Бобровыми. А как блоггер – с любыми.

– Вот и чудесно, рада была познакомиться! – просияла улыбкой хорошенькая Кристина Викторовна.

Вдруг в кармашке ее щегольского пиджачка запел телефончик, и разговор пришлось свернуть.

– Еще поговорим, – пообещала Бобровадочь Таганцеву-«блоггеру», выныривая из космолета общего пользования в коридор.