Красотка
Новый роман из цикла «Дела судебные» от одного из самых известных творческих дуэтов – Татьяны Устиновой и Павла Астахова – рассказывает о красоте и молодости. Стоит ли прибегать к помощи пластической хирургии или каждый уникален именно своей изюминкой, теми самыми морщинками в уголках глаз, огромными щечками, неклассической формой носа – всем тем, что делает человека одним на миллион? Стоит ли удерживать молодость любой ценой или можно стареть красиво? Судья Елена Кузнецова сталкивается с этими вопросами на процессе Элеоноры Сушкиной, которую, как она сама заявляет, изуродовали в известной клинике пластической хирургии. Но так ли все было на самом деле?..
Нет, я, конечно, загляну туда раз-другой, а пока вот фотки посмотрю… Составлю впечатление об участниках… Потом еще поговорю с кем-нибудь… Подумаешь, материал для «Криминального вестника», не для «Форбса» же…
– «Криминальный вестник» – популярное издание, – задумчиво заметил Владлен Сергеевич.
– Конечно, популярное, у нас ведь народ-то что больше всего уважает? Чернуху, желтуху и порнуху! – Таганцев засмеялся и, весело похрюкивая, припал к стакану.
– А знаете, Константин, я ведь могу вам помочь, – тоже хлебнув, вдруг задушевно сказал Потапов. – Я лично пристально наблюдаю за процессом, который интересует редакцию вашего журнала…
– Он не мой, – опер-блоггер решительно открестился от «Криминального вестника».
– Тогда я абсолютно уверен, что смогу вам помочь, – повторил Владлен Сергеевич. – Сейчас я поделюсь с вами имеющейся у меня информацией, а потом еще дам пару-тройку контактов уважаемых людей, которые охотно расскажут о своих впечатлениях…
– Бескорыстно? – перебил его Таганцев.
– Более чем! – Потапов вскинул руки, как бы отбивая нелепое предположение, и заодно помахал бармену."
"За оживленным разговором они «повторили» еще и еще. На стадии, когда явно довольный собой и собеседником Владлен Сергеевич полез, путаясь пальцами в сенсорных кнопках, в свой модный дорогой смартфон в поисках полезных блоггеру контактов, Таганцев извинился и отошел «попудрить носик». Он уже успел сунуть его, этот самый нос, в список недавних контактов Потапова и теперь должен был предпринять некоторые важные шаги.
– Еще индийского? – спросил тот.
– Мне – да, а вот ему… – Таганцев нарочито задумался. – Уже шесть по сто, а товарищ еще не слег, даже удивительно… У вас тут виски случайно не разбавляют?
– А надо? – Бармен внимательно посмотрел на Потапова в его укромном уголке. Владлен Сергеевич уже заметно накренился и пожух, но еще хорохорился, как рождественская елочка в китайский новый год. – Если понизить градус, он ляжет.
– И все-то ты, Гоша, понимаешь, – одобрительно сказал Таганцев. – Ну, тебе и стаканы в руки!
Десять минут спустя Владлен Сергеевич, доверчиво получивший от комбинаторов и принявший на грудь роковой седьмой дринк, безмятежно уснул в относительно удобной йоговской позе «сидя, привалившись к стене».
Коварный Таганцев большим пальцем посапывающего Потапова разблокировал запароленный на отпечаток хозяина дорогой айфон, прослушал пару записанных разговоров и удовлетворенно кивнул.











