Кто в чемодане живет?

У Стена полно друзей в соцсетях, он пользуется популярностью, прекрасно зарабатывает, живет отдельно от Филиппа. За Мироном не бдит древняя бабка, его не заставляют ничего делать помимо воли, парень ведет жизнь, о которой мечтает Нина. Но у нее ничего нет, а у Миры есть все то, что мечтает заполучить его сестра. Ну так пусть его самого не станет. Зависть – самая страшная эмоция. В случае Нины она толкнула ее на убийство. Девочка испытывала к единоутробному брату лютую ненависть. В ее письменном столе я обнаружил рисунки. Нина талантливая художница. Но эти картинки производили отталкивающее впечатление, на них изображались чудовища, разорванные бомбой на куски люди. Под одной работой стояла надпись «Стенотношение». Я не понял слова, решил, что это подростковый сленг, которым я не владею. Но теперь понимаю, прочитать его надо так: «Стен. Отношение». Вот как Нина относилась к брату: разметать его взрывом, искромсать ножом…

– Невероятно, – прошептал Кукушкин.

Я развел руками.

– Мой лучший приятель, умный следователь, один раз сказал: «Подростки страшнее взрослых. Не все дети милы и прекрасны. Есть те, в чьих душах царит мрак ненависти, зависти, злобы». Думаю, старушечий дребезжащий голос, который приказал Ларисе молчать, сидеть дома, принадлежал Нине. Ее дискант обработали на компьютере.

– Зачем они натурщицу впутали? – простонал Кукушкин. – Не вижу смысла в ее участии.

– Вы забыли, что Лариса любимая девушка Мирона? – удивился я. – Нина ее за это ненавидела и решила доставить Бумагиной неприятности. Но все это лишь мои домыслы. В этой истории все хороши. Госпожа Лапина-старшая наняла меня, потому что хотела найти Нину и не могла по понятной причине обратиться в полицию. Обнаружив убитого Мирона, старуха ничего мне не сообщила, не пожелала рассказать, что посетила избу. Я спросил у нее: отчего она скрыла правду. Бабка промолчала, ее адвокат ответил:

– Ваш вопрос отклоняется.

Так я и остался в неведении.

– Иван Павлович, – воскликнул Кукушкин, – понимаю, первое впечатление о человеке обманчиво. Но ваше знание истории, латыни, воспитание… Мы очень похожи. Поэтому я и приехал к вам в злую минуту. Я веду, с одной стороны, активный, с другой – замкнутый образ жизни, не имею задушевного друга. Никого не прошу о помощи. Но сейчас! Помогите! Поговорите с Антониной и Костей, с Лапиным. Они должны увидеть флешку.

– В записи Юра постоянно говорит «дядя», – напомнил я, – вам придется самому начать разговор, но я готов составить вам компанию в неприятной беседе!

Эпилог

– Ваня, ты же не сердишься на Генри за то, что он отбил у того, кто его любезно приютил, невесту? – спросила Анна, осушив бокал шампанского.