Кукушонок из семьи дровосеков

Понадобились «гости», которые подарки принесут. Нашли какого-то дедушку, он в Москве жил, работал на радио, сам из Диванкина. Старичок согласился приехать, гонорар не попросил. В голову ему такое не пришло. Но одной типа знаменитости мало. Начали искать писателя, певца, танцора – да хоть кого! Жадные все! Сразу условие ставили: «Платите деньги – и прикачу». В конце концов Галюша вышла на родственницу художника. Тот был нищий, никому не нужный, согласился за маленькую сумму пейзаж написать. Лично я его не знала, но Галя вроде дружила с его тещей.

Маргарита закатила глаза.

– Пейзаж дядька такой написал, словно по цифрам раскрашивал. Зато рама! Богатая! Прямо для Рубенса! Настоящее дерево, не пластик, позолоченная, толстая, в завитушках. Рассматривать ее интереснее, чем саму картину. За подарком Петрова сама ездила. Привезла ее, устроили торжественную передачу музею. Ой, вы сейчас обсмеетесь!

Маргарита улыбнулась.

– Художник к нам не приехал, заболел некстати. Галя сначала растерялась, потом договорилась с каким-то своим знакомым из Москвы. Он бесплатно прикинулся живописцем, прикатил на праздник, «подарил» пейзаж городу, на банкете посидел, выпил, закусил и уехал.

– Забавно, – улыбнулась я, – никто не заметил подвох?

– Не-а! – радостно отозвалась Маргарита. – Интернета еще не было, фамилия рисовальщика мало кому была знакома. Не Репин он. Народ рад, праздник удался, «столичная звезда» Диванкин нарисовала, своим присутствием простой люд обрадовала. Повесили произведение под аплодисменты. Тогдашний городской глава прямо счастлив был, да ничего в живописи не смыслил. Деревья на картине есть? Речка есть? Значит, красиво!

Маргарита тихо рассмеялась.

– Такая «лепота» тогда в Москве на Арбате у многих художников продавалась. Вот рамки там простые, дешевый пластик или вообще без окантовки. А вот у нас пейзаж с обрамлением прямо для Эрмитажа!.. Повисела красотень в музее некоторое время, юбилей прошел, все о художнике забыли. Как-то в полдень заглядывает ко мне Галя, тихо смеется: «Картину сперли». Я сначала не поняла, о чем речь, удивилась: «Какую? Откуда?» Петрова совсем развеселилась: «Ту, что типа подарок городу!»

Рощина покачала головой.

– Пока Галюша была директором музея в Диванкине, экскурсии из Москвы приезжали. На дорогу много времени не требовалось, это плюс. В экспозиции ничего особенного не было, зато в городе огромный крестьянский рынок. Со всей округи продавцы: мед, мясо, колбаса, рыба, овощи, фрукты. Намного дешевле, чем в столице. Музей располагается в доме, где раньше жил владелец ткацкой фабрики. На него окрестные села работали. Сами видите, помещение простое.