Купленная ночь

— Тебе нечего мне сказать?

Она отрицательно покачала головой.

— Жаль.

Он развернулся, сделал шаг в сторону балкона, через открытые ставни которого и попал в будуар Уитни. Остановился. Чтобы в следующую секунду резко развернуться на каблуках, снова сделать шаг, теперь уже назад, и вновь прижать Уитни к себе.

С одной лишь разницей.

Чтобы опалить её губы поцелуем.

Уитни и не думала сопротивляться. Прижалась к крупному мужскому телу, с упоением отмечая, до чего же сладкие у Кина губы. И как она по ним истосковалась… Какие-то три дня! А соскучилась. Снова насмешка Судьбы? Или неразгаданная шарада Богини? Уже не имело значения. Уитни отвечала со всей страстью, на которую была способна. Позволила настойчивому языку проникнуть внутрь, а крепким рукам сжать её ещё сильнее, едва ли не лишая возможности дышать.

Их поцелуй длился недолго. И разорвал его Киан.

Даже не посмотрев на Уитни, быстро направился к балкону и скрылся в темноте.

А Уитни осталась стоять посредине комнаты ошарашенная и разочарованная.

Нет, он хотя бы ради приличия предложил на расставание…

Что, Уитни Кларисси?! О чем ты думаешь, бесстыжая!

Уитни прижала руки к щекам и покачала головой.

Естественно, она не могла видеть, как довольно улыбнулся Киан, наблюдая за ней в тени балкона, и как негромко он прошептал, складывая за спиной не вовремя развернувшиеся крылья:

— До завтра, девочка.

Глава 23

«Кетцалькоатль» готовился отшвартоваться от берега через десять минут.

Киан нервно закрыл крышку часов и швырнул их на стол.

Проклятье!

Где носит эту девчонку?!

Неужели он ошибся, и она не придет…

Нет. Должна.

Должна, Грагж всех раздери!

Сжав с силой зубы, отчего послышался неприятный скрежет, Киан поднялся и сделал несколько порывистых шагов по каюте, стены которой были обшиты лакированным красным деревом. Из него же выполнена вся мебель. Кресла, обитые изумрудным бархатом, с изящными гнутыми ножками и подлокотниками, придвинуты к столу. На стоявшем у стены секретере располагались разного рода документы, корабельные журналы, «Атлас океанов» в потрепанном переплете, деревянный глобус, тяжелая металлическая чернильница с белоснежным пером. На стене висела старинная карта, изготовленная, видимо, из пергамента. Иллюминаторы занавешены шторками красного бархата с золотистой бахромой на концах. На противоположной стороне располагался умывальник и зеркало с умывальными принадлежностями. Большая двуспальная кровать, стоящая слева, также была занавешена красной бархатной шторой.

Внезапно мужчина остановился. Втянул чуть уловимый запах, которого ещё не чувствовалось секунду назад, и довольно улыбнулся.

Пришла…

Так-то лучше.

Он, уже более спокойно, вернулся за стол и скрестил руки на груди.

Именно в этот момент раздался стук в дверь.