Купленная ночь

Именно я полюбил тебя и уже никуда никогда не отпущу. Кстати, ты же не против жить на Тезоратле?

Уитни сонно улыбнулась.

— Нет. Только тетушка… Мы же будем навещать Бьюри.

— Будем. Раз в год, теперь, может и реже. «Кетцалькоатль» может плавать и без меня.

— Киан, скажи, — в голове вертелась мысль, которую необходимо было озвучить, пока сон окончательно не сморил её. — На наших детей Испытание Покорностью будет распространяться?

Киан поморщился.

— К сожалению, да.

— К сожалению, — вторила Уитни и встрепенулась. — А ты не хочешь услышать моё признание?

— Я его уже слышал.

Уитни деловито нахмурилась.

— Это когда?

— В Храме. Если избранница змея не испытывает к нему настоящих чувств, не раздаётся брачная мелодия.

Губы Уитни вытянулись в трубочку.

— Значит, брачная…

— Ну, да, — шаловливо улыбнулся Киан и, положив руку на затылок Уитни, вернул её голову себе на грудь.

— Получается, мы с тобой муж и жена что ли? — от сонливости не осталось и следа.

— Для меня — да. Для моих Богов — да. Перед людьми и для тебя проведем церемонию. Определись с датой. Только прошу, не затягивай. Есть большая вероятность, что ты от меня уже беременная.

Тут последовало второе протяжное «О».

Нет, на сегодня хватит. Определенно хватит.

Спать-спать-спать.

Все вопросы утром.

Кроме, пожалуй, ещё одного.

— Киан, а когда ты познакомишь меня со Стражем Врат Киёно?

Эпилог

В одном из домов на окраине Бьюри сегодня никого не принимали. Клиентов встречал серьезный лакей и с дежурной улыбкой на лице сообщал, что все встречи переносятся на завтра. Нижайше кланялся и просил прощения.

Ждали особого гостя.

Мадам Ирмиса, сидевшая в комнате систрис, помахала рукой, развеивая легкую дымку от табака.

— Курение тебя погубит, Дияра.

Миловидная женщина в черном брючном костюме хмыкнула и поправила черную шляпку на боку. Короткие белые волосы чуть прикрывали подбородок, придавая общему виду изысканность.

— Вот увидишь, совсем скоро и брюки, за которые ты меня чихвостишь третьи сутки и вот такие шляпы, как на мне, и ярки губные помады войдут в моду. И непременным атрибутом образа станет трубка.

Мадам Ирмиса покачала головой.

— Даже знать ничего не хочу. Ты связывалась с систрис Сиеной? Когда она собирается к нам?

— Говорит, ей и в Сигуле хорошо. Её цветочный дом пользуется популярностью.

Ирмиса поморщилась.

— Я бы предпочла, чтобы мы все трое жили под одной крышей. Нам это необходимо.

Глаза Ирмисы закатились, она прикрыла веки, а когда открыла, то сторонний наблюдатель непременно бы испугался, вздумай он заглянуть в глаза этой женщины.

У них полностью отсутствовал зрачок.

— Ну-ка, Дияра, разложи карты, — искаженным голосом, не похожим на свой обычный, попросила она.

Дияра усмехнулась.