Курсант: Назад в СССР 10

Вот только что сообщение об обнаружении трупа получили. Даже Булкин еще не в курсе.

— Ясно, — шумно выдохнул Горохов. — Поднимай судмедэксперта и кинолога.

Глава 22

В этот раз ехать пришлось совсем недалеко. Место происшествия оказалось сразу за городом, все в том же лесном массиве, но с той лишь разницей, что углубляться в него практически не пришлось. Стоило свернуть с асфальта, и наш «Москвич» очутился в старой березовой роще, которая, несмотря на сентябрь, еще отливала зеленью.

Мы прибыли первыми и почти всей группой, только Свету оставили в кабинете. Не любила она на трупы смотреть, тем более расчлененные.

В роще одиноко стоял УАЗик ППС. Никто из руководства и местной прокуратуры еще не успел сюда наведаться. Что ж, тем и лучше.

Когда мы вышли из машины, нас встретил старший сержант. Подтянутый, широкоплечий, но лицом «зеленый», как несвежая колбаса.

— Командир отделения Поляков, — отрапортовал он Горохову, безошибочно признав в нем старшего.

— Что у вас тут?

— Труп. Без руки. Обнаружил местный грибник, он сейчас у нас в машине.

— Ясно, — кивнул Горохов, — ничего не трогали?

— Никак нет. Близко даже не подходили, — старший сержант покосился на березу, возле которой виднелось прислоненное спиной тело. — Все так и было.

— Молодцы, — похлопал его по плечу Горохов, под его ладонью забряцали золотистые лычки. — А что с лицом у тебя, Поляков? Будто сам покойник. Отравился чем-то?

— Нехорошо что-то… Там такое, — милиционера перекосило, когда он снова кинул мимолетный взгляд в сторону злополучной березы.

Мы приблизились к центру места происшествия. Еще издали стало понятно, что это мужчина привязан к дереву. Но он сидел, а не стоял, как прошлые жертвы. Привязан к стволу, сидит, привалившись спиной. Правой руки нет, следов крови, на первый беглый взгляд, тоже не видно.

Я мысленно ставил галочки в списке примет.

— Личность установили? — Горохов обернулся к сержанту, но тот уже успел смыться подальше от неприглядного зрелища. — Эй! Поляков!

Следователь махнул рукой милиционеру.

— Можете его не звать, Никита Егорович, — сказал я. — Личность убитого мне хорошо известна.

— Вот как? — удивился Горохов.

— Ого! — воскликнул Федя, вглядываясь в лицо рослого мертвого парня. — Да это же… Андрюх! Как его фамилия? Все время забываю. Ну точно он же! Да!"

"— Это Сипкин, — кивнул я. — Владимир Сипкин — работник фабрики музыкальных инструментов. Шофер, у которого был конфликт с убитым Черпаковым.

— Сильно, Андрей Григорьевич, — изумился Горохов. — Ты уже без всяких баз личность определяешь. Поражаюсь твоей оперативной подкованности.

Я тяжело покачал головой.

— Тут не столько подкованность, сколько мои прошлые связи роль сыграли.