Лайла. Сквозь галактику за счастьем

Я жадно и неприлично долго оценивала эти перемены, восхищаясь почти физически ощутимыми волнами шедшей от нигана Шора мощной, брутальной энергетики сильного самца.

Его мускулами, обтянутыми переливающейся под холодной иллюминацией тканью, широкими темными бровями над слишком яркими для людей синими омутами глаз и живыми рисунками на коже, медленно меняющими свои узоры.

Искала в этих глазах хоть что-то теплое, живое, близкое.

Какую-то радость от встречи со мной, что ли.

Искала и... не находила.

Глупая ты глупая, безнадежно влюбленная женщина, госпожа Боянова.

Угораздило же из всех возможных вариантов для необъяснимой разумом привязанности выбрать самый... неправильный.

- Рада, что ты в порядке, - выдала я, стиснув дрожащие пальцы на контейнере с едой. - Хочешь позавтракать со мной?

- Я не голоден, - произнес тирианец отрывисто.

Словно я солдат, а он мой командир, перед которым следует стоять исключительно навытяжку.

Оставалось с усилием сбросить себя это прибивающее к полу ощущение чужой, сверхъественной и давящей силы, под которую не было желания прогибаться, пожать плечами, развернуться, вынуть подогретый контейнер из термобокса.

И под пристальным взглядом мужчины пройти к высокому столу, на котором только что закончил наводить порядок похожий на огромного металлического паука клинер.

- Хотел поблагодарить тебя за... все, - подал голос Грегор.

Интуиция подсказывала, что несмотря на маску непробиваемой суровости, за которой я не могла прочитать совершенно ничего, мужчине отчего-то некомфортно находиться рядом со мной."

"“Он слишком хорош для какой-то... леи”, - фыркнула про себя с горечью. Но долг заставляет испытывать благодарность перед какой-то вовремя попавшей под руку землянкой.

Пусть и не бесполезной, но слабой, в его понимании, женщиной не-неей, с помощью которой он, весь такой из себя бесстрашный и сильный воин Тирии, выжил и выбрался из передряги.

- Надеюсь, это зачтется мне после прибытия в Тирию, - выдавила из себя, стараясь вложить в эту фразу побольше сдержанной учтивости.

- Долг жизни для ниганов Тирии не просто слова, - ровно произнес Грегор, буравя меня тяжелым взглядом.

Во время пребывания у пиратов мне казалось, что между нами возникла какая-то пусть и дружеская, но.

.. связь.

Взаимопонимание, симпатия, сделавшая нас ближе и понятнее друг другу. Объединившая в борьбе за выживание.

Но сейчас между мной и тирианцем будто выросла невидимая стена, через которую мне вряд ли суждено когда-нибудь пробиться.

Я познакомилась с Грегором, когда он был слаб, ранен, дезориентирован, практически беззащитен и, возможно, даже обречен на смерть.

Для подобных Грегору, а, возможно, и всех тирианских мужчин, это унизительно и неправильно.