Лайла. Сквозь галактику за счастьем

— Забудьте, — поспешно отмахнулся от меня мужчина.

— Почему вы так считаете? — заинтересовалась я.

— Не я, а мой тир, — признался мой собеседник.

— И какой, по его мнению, мне следует быть?

— Иной. Возможно... с другим цветом волос или глаз. Считаете, что у нас с симбиотом проблемы с разумом?

— Передайте вашему тиру, что он может быть прав, — сообщила я. — То, что вы сейчас видите — лишь вынужденная мера. Но так будет не всегда. И с вами... я не играю и не пытаюсь казаться кем-то иным. Скажем так, оболочка искусственная, а наполнение настоящее.

— Я... мы учтем... — с некоторым удивлением и недоверием проговорил мужчина и вскоре меня покинул.

А я осталась переваривать то, что мою маскировку, кажется, обнаружили.

Как-то... почувствовали, хотя док Леви и Иса обещали, что никто без медицинского обследования не поймет, что мой внешний вид — лишь временная трансформация.

К счастью, дальнейших вопросов от тирианца на эту тему не последовало. И я точно знала: о своем открытии он будет молчать.

***

Дед на мои концерты для господина Кори смотрел сквозь пальцы.

— Может и вынырнет из тьмы и горя. Хуже ты ему все равно не сделаешь, Лайла, — прокомментировал Трей мою теорию про то, что пение помогает залечить душевные раны.

Господину Лиеру я тоже пела. Старалась подобрать что-то светлое и радостное и всегда испытывала на сердце тепло, видя, как дед мечтательно улыбается, слушая меня и думая о чем-то своем.

Трей в целом был бодр и активен, а еще очень поддерживал меня как в хозяйственных делах, так и морально, не давая раскиснуть или опустить руки.

Жить с ним в одном доме было максимально комфортно и спокойно.

Мы как-то быстро нашли общий язык и воспринимали друг друга действительно по-родственному. Не знаю, общая кровь ли тому виной, энергии или что-то еще, но за эти дни Трей Лиер стал мне по-настоящему дорог, важен и нужен.

А я была нужна ему."

"Мы выработали свои маленькие ритуалы: утром завтракали и делились планами, вечером за ужином обсуждали итоги дня. Часто в перерывах между делами, в которых дед мне активно помогал, сидели в гостиной, читали что-то или устраивали небольшой концерт.

И не скучали, потому что занимали все свое время чем-то полезным, или просто подолгу разговаривали обо всем на свете.

Мы словно навёрстывали упущенные годы, осознавая, но не произнося вслух, что Трей не останется со мной надолго.

Деду я доверилась сразу и безоговорочно. Как и он мне. В какой-то степени наши отношения напоминали мне те, что были у меня с бабулей Наной: теплые, близкие и наполненные искренней заботой друг о друге.