Лайла. Сквозь галактику за счастьем

Будь проклят тот день, когда они познакомились, и его тир зачем-то просигнализировал Грегору Шору, что Урла вполне подходит им обоим для брачного союза.

Зачем нея согласилась стать его парой, если с самого начала не рассматривала Грегора в качестве полноценного и достойного ее статуса мужа?

Хотя поначалу она действительно казалась заинтересованной ниганом Шором, даже немного влюбленной в него или, по меньшей мере, страстно его желающей, пусть и стыдящейся этой связи ввиду разницы в положении их семей в иерархии системы.

За что Урла так с ним поступает, раз за разом начиная в энергоцентре Тирии процесс разрыва их связи и прекращая его, так и не доведя до конца и якобы “передумав”?

Она ни разу не подумала о том, какие муки испытывают при этом Грегор и его тир? Или, наоборот, прекрасно знает об этом и издевается над ним специально?

А папаша-дайнагон прикрывает эти метания своей драгоценной дочери, изначально выступая против их брака и считая, что ниган Шор должен быть благодарен, что Урла в принципе обратила на него свое внимание.

Мужчина почему-то даже не сомневался, что именно “тесть” попросил военное руководство продлить эту миссию на границах системы, чтобы Грегор не смог пока сам отправиться в Тирос и разделаться с этой брачной связью, превратившей его жизнь в кошмар, или хотя бы пожаловаться в Дайнагиат.

Разорвать этот порочный круг, пока игры Урлы окончательно его не прикончили.

Только теперь у тирианца появились более серьёзные проблемы. И пока он совершенно беспомощен и даже не представляет, что с ним будут делать дальше.

Зачем моргианцы оставили его в живых?

Мужчина закрыл глаза и устало уронил голову на грудь, но вскоре, услышав шорох открывающихся дверей в свой отсек, дернулся, пытаясь рассмотреть вошедшего в его бокс космического пирата.

Как и все моргианцы, представший перед ним разумный имел внушительный, даже выше самого Грегора Шора, рост, был худым и нескладным. Он сдвинул с лица капюшон, явив тирианцу бледное широкое лицо с большим носом-клювом и маленькими, с презрением смотрящими на скованного и обессиленного пленника, глазами.

— Ишшшха атошшш ихх тириани. Ир ашшш тарира. Ришшшва де шшу тор ишшшвена*, — произнес тирианец на моргианском, решив, несмотря на всколыхнувшийся в груди гнев и желание распылить врага на атомы, первым пойти на контакт."

"— Я говорить на твой языка, — шипяще отозвался моргианец, с ухмылкой рассматривая Грегора. — Мы тебя устранить за восемь наш-ш-ших убитых команда, но капитан сказать Тирия делать нам переговоры: твоя свобода за ценный топлива и другие моргиана, друзья клан Ишш-шуя.