Ламира. Глаза цвета ночи (СИ)

Она такая же огромная, как самодовольство его Величества.

Фирс

Видеть рядом с Региной айха было странно. Фирс, не чувствовал к нему того чувства ревности, которое возникало, когда к девушке приближался кто-то из побратимов. Наоборот. Сейчас айх был единственным, кому Халли безоговорочно доверял безопасность своей женщины. Однозначно ответить, почему так происходило, мужчина не мог. То ли то, что он бросился спасать жизнь Регины, игнорируя собственную безопасность, сыграло свою роль. То ли то, что айх не скрывал своего отношения к девушке.

Несколько минут Фирс наблюдал за парочкой через приоткрытую дверь.

Девушка сидела в центре широкой кровати в нижней сорочке. Тонкая ткань облегала фигуру ее высокую грудь и заставляла мысли его Высочества бежать из головы в низ. Чуть ниже пряжки ремня. Безымянный старался держаться от нее на «уважительном» расстоянии. Так, как того требовали местные традиции. Но время от времени, не выдерживал. Пытался до нее дотронуться или сесть ближе. Но, потом вспоминал о приличиях, убирал руки за спину и увеличивал расстояние.

Регина в это время смеялась, активно жестикулировала, вставляла в рассказ собеседника колкие реплики и изредка заливалась ярким румянцем.

Густые волосы закрывали ее лицо. Но Халли и без этого понимал, когда девушка улыбается, хмурит брови или смущается.

Наблюдая за ламирой и айхом, Фирс осознал, что совсем скоро у девушки проснутся чувства к этому мужчине. И впервые за эти дни испытал что-то, напоминающее облегчение.

Нечто подобное испытывал и сам айх. Находясь рядом с девушкой он впервые за долгие годы забыл о том грузе обязательств, который лежал на плечах много лет. Сейчас, ему было просто хорошо.

Он был просто рад находиться рядом с любимой женщиной. Слышать ее голос. Вдыхать тонкий аромат ее кожи. Слышать звонкий смех. Единственное, что омрачало это утро – шрам на щеке призванной. Он служил напоминанием, что он не смог защитить свою женщину. Нечто подобное испытывал и Фирс.

Сиранца айх почувствовал сразу, как только тот оказался у двери спальни. Но выдавать его присутствия не стал. С одной стороны, он не хотел смущать девушку, а с другой пытался продлить их уединение.

- Не думаю, что смогу отличить его от других.

Вы все на одно лицо. Одно размытое лицо. Я даже одежды на тебе не вижу. Только размытые серые пятна. – Она смешно нахмурилась. Ровный лоб рассекли две тонкие полоски.

- Отличишь. У него на голове будет корона. – Почему-то захотелось ее успокоить.

Сейчас, глядя на Регину, он понял, предстоящий ритуал пугал айха больше, чем самая кровавая битва."

"- Тоже размытая? – Усмехнулась девушка.

- Нет. Корону ты сможешь рассмотреть. – В спальню вошел Фирс. - Она такая же огромная, как самодовольство его Величества.