Лед и пламя Тартара
Нижний Тартар... Невыносимый жар там соседствует с адским холодом, и муки томящихся там бесконечны. Туда издавна ссылают тех темных стражей, кто слишком опасен, неконтролируем и жесток даже для мрака. Спеша расправиться с Мефом и Ареем, Лигул тайно выпускает из Нижнего Тартара самых опасных узников.Тартарианцы бессмертны. Их тела неуязвимы для любого темного оружия. Только светлая магия способна отогнать их на время, однако Лигул предусмотрел и это. Застигнутая врасплох Даф теряет связь со своей флейтой. Отныне ее маголодии не действуют. За Эссиорхом охотятся убийцы. А юная валькирия поставлена перед выбором: завладеть дархом Арея или лишиться своего копья...
Когда ей казалось, что еще немного, и она не сможет в десятый раз повторять одно и то же, тартарианцы уступили светлой силе. Держа клинки наготове, они скрылись в лесу. Меф оценил, что ни один из них не бросил оружия. Несмотря на страшную боль, это больше походило на организованное отступление, чем на бегство. Преследовать стражей из Нижнего Тартара, к удивлению Мефа, Арей и не пытался. Зато им вслед прокатился шар со взбешенной Улитой.
– Не дали сразиться, так хоть задавлю кого-нибудь! – прокомментировал Арей.
Он усмехнулся и ударил по шару мечом, выпуская ведьму. Улита вскочила.
– Спокойнее, Улита! Это был мой приказ! Поэтому прежде чем наброситься на Мефа и светлую, разберись со мной, – сказал он.
Разбираться с Ареем Улита, разумеется, не стала. Вместо этого она издала жуткий боевой клич и, бросившись к иве, стала колотить ее кулаками.
«Замещающая ярость. Всегда так. Чем меньше ты виноват, тем реальнее, что на тебе сорвут зло», – подумал Меф, жалея дерево.
Финал, разумеется, был предсказуем. Ива выстояла, а Улита стала зализывать костяшки кулаков, отбитые уже после третьего удара.
Даф снизилась и встала между Мефом и Ареем. Ее белые крылья дематериализовались с негромким хлопком. Арей посмотрел на Даф и похлопал ее по плечу. Силу он не соразмерял. Даф едва устояла на ногах, но все равно обрадовалась. Она знала, как скуп обычно Арей на ласку. А тут как ни крути – все-таки движение души!
– Хороши мы с тобой, синьор помидор. Если бы не светлая, нас бы прикончили, – сказал Арей Мефу и, придирчиво оглядев лезвие, на котором появилось несколько новых зазубрин, с досадой зацокал языком.
– Я же их не убила, нет? – растерянно спросила Даф, ощущая себя новым Мошкиным.
Арей ухмыльнулся. Ответ и так был очевиден.
– Но почему мы не смогли их убить? – спросил Меф.
Он впервые сталкивался с тем, что от его меча-артефакта не было никакой пользы.
– Чтобы уничтожить стража, надо разбить его дарх.
– Это и мне известно! Но у них не было никаких дархов! – крикнул Меф.
– Спокойнее, друг мой! Бесплатное кипение экономит электричество, но растрачивает нервы.
– Не было у них дархов! Не было!
– Никто и не спорит. У них не было цепей и не было дархов. Ситуация тупиковая. Вот мы и не смогли ничего сделать, – резонно заметил Арей.
– Но если дархов не было, то откуда у них сила?
– От верблюда! А откуда старичок Бессмертник Кощеев берет силы, чтобы отлавливать нимфеток? Каждый дурак знает, что жизнь у него в яйце, яйцо в утке, а утка в духовке! – встряла Улита.

















