Шатун: Шаг в неизвестность. Казачий князь

Хотя, если вспомнить, что об устройстве полковника в городе беспокоился сам князь Тарханов, то такое приглашение было вполне понятно. Проходя по залу, приятели вежливо здоровались с местными, знакомились с приезжими и дружно делали вид, что безумно рады видеть столь блестящее общество. Когда они добрались до угла, где стояли ломберные столики, собравшиеся там пожилые господа дружно отложили карты и принялись задавать офицерам вопросы. Полковник Вяземский, не спеша надев на нос пенсне, внимательно осмотрел награды на мундирах приятелей и, задумчиво хмыкнув, одобрительно проворчал:

– Сразу видать, не паркетные шаркуны.

Выскользнувшая из-за спин мужчин Катерина, увидев офицеров, сначала настороженно замерла, а после, радостно улыбнувшись, аккуратно пробралась к отцу. Взяв его под руку, девушка осторожно сняла с него пенсне и, развернув к его креслу, негромко попросила:

– Папенька, вы бы воздержались от игры, а то начнете волноваться, а после опять живот заболит.

– Так скучно же, Катюшка, – смущенно оправдывался полковник. – Ты не беспокойся. Я по маленькой ставить стану. Так, только для интереса. Что, не веришь? – прямо спросил он, заметив скептический взгляд дочери.

– Вы, господин полковник, играете, как воюете, – ехидно отозвалась девчонка. – Будете атаковать, пока в пух врага не разобьете. Или пока войска не кончатся. Так что, папенька, ежели хотите, чтобы я от вас отстала, дайте мне ваше портмоне.

– Вот дожил, – делано возмутился полковник. – Родная дочка кошелька лишает, – негромко бурчал он, доставая из кармана бумажник и протягивая его Катерине.

– Вот, извольте, господин полковник. Здесь пятьдесят рублей. Их вы можете проиграть, пропить или вообще на веселых девиц потратить. А все остальное у меня побудет, – лукаво улыбаясь, заявила девушка, протягивая отцу несколько купюр.

– Избаловал я тебя, Катюша, – покрутил полковник головой. – Совсем отца не почитаешь. Это ж надо? Кровному родителю про веселых девиц говорить.

– Сами виноваты, папенька, – не осталась девица в долгу.

– Это чем же? – удивился Вяземский.

– А кто со старыми друзьями былые годы при мне вспоминал? Кто не только про военные походы рассказывал, но и про походы в веселые дома?

– Что? Я? – охнул Павел Лукич, начиная заметно розоветь от смущения.

– И вы тоже, – решительно кивнула юная оторва. – И вообще, вы, вон, картами развлекайтесь, а меня Руслан Владимирович развлекать будет, – окончательно добила она папашу.

– Катя, – предупреждающе встопорщил полковник бакенбарды.

– Я все помню, папенька, – успокаивающе улыбнулась девушка и, чмокнув отца в щеку, ускользнула, оставив его у карточного стола.

Наблюдавший за ними с высоты своего роста Руслан про себя отметил, как ловко девчонка манипулирует своим отцом.