Шатун: Шаг в неизвестность. Казачий князь

– Ты настоящий князь, – помолчав, высказался Ахмад и, склонив голову, поднялся в седло своего коня."

"Руслан, решивший лично проводить его, вскочил в седло Беса, и они, в сопровождении казаков, выехали из города. Кунаки, предупрежденные Мишкой, который ежедневно ездил в имение, чтобы убедиться, что гостям ничего не требуется, уже собрались и, завидев Ахмада, принялись оживленно переговариваться. Подъехавший к ним горец что-то гортанно скомандовал, и вся эта буйная команда тут же притихла. Судя по их реакции, Ахмад пользовался среди них непререкаемым авторитетом. Руслан проводил их до границ своего имения, и Ахмад, по обычаю, развернул коня головой к хозяину, заставив его пятиться до самого поворота на тракт.

Явно не ожидавшие такого кунаки горца начали растерянно переглядываться. Чуть усмехнувшись, Руслан подъехал к Ахмаду вплотную и, не раздумывая, протянул ему руку. Бывалый воин, отлично зная, что это за жест, не раздумывая пожал протянутую ладонь и, еще раз поклонившись, развернул коня буквально на одном копыте. Послышался разбойничий посвист, и вся команда галопом понеслась в сторону гор. Проводив их взглядом, Шатун вздохнул и, оглядевшись, спросил подъехавшего Мишку:

– Как тут дела? Аслана пристроил?

– Этот зверь уже всех артельных до икоты напугать успел, – рассмеялся денщик.

 – Они ж привыкли, что тут окромя них и нет никого, и шастали по ночам, как бог на душу положит. А тут вышли, а перед ними Аслан с винтовкой. Едва до конфузу не дошло.

– Они тут работают или веселятся? – возмутился Руслан. – Рабочему человеку ночами не до гулянок.

– Не серчай, княже. Работают, – тут же заверил его Мишка. – Особливо опосля того, как горцев тут поселили.

Перепугались, черти.

– Решили, что я их горцам продать решил? – догадался Шатун.

– Ага.

– Дурачье, – фыркнул парень и толкнул каблуками жеребца.

Но едва только они подъехали к заставе, как у шлагбаума их встретил подполковник жандармерии. Выйдя вперед и заступив Руслану дорогу, жандарм коротко козырнул и не терпящим возражения тоном потребовал:

– Господин штабс-капитан, извольте объясниться. Почему в вашем доме некоторое время проживал горец из клана непримиримых? Как прикажете это понимать?

– Как исполнение мной моих прямых обязанностей, – равнодушно отозвался Руслан, даже не делая попыток ответить на приветствие.

– Но ведь он же непримиримый! – ахнул жандарм.

– И что? От этого он перестает быть человеком? Ошибаетесь, сударь. К вашему сведенью, к слову этого горца в кланах прислушиваются, и именно поэтому я принимал его у себя.

Руслан намеренно обратился к офицеру не положенным обращением, подчеркивая тем самым, что тот осмелился вмешаться не в свое дело.

– И до чего же вы с ним договорились? – скептически хмыкнул жандарм.