Ледяная принцесса

Как бы ты ни смотрел на это, но она выросла профессиональным обманщиком, которая умеет играть людскими чувствами, дергать за их слабость и если понадобиться, без колебания ломать людские судьбы ради того, что она считает благом империи.

— Считает? Полагаешь, она не права?

Юрий Петрович отставил чашку.

— Как сказать… Я вот тут подумал… Ты же учил историю. Девяносто первый год. Развал страны. Скажи, сколько судеб изломало это событие? Как думаешь, сколько человек погибло в результате этого? А если еще учитывать вне пределов бывшего СССР? Сколько там оказалось смертей в результате резкого исчезновения одного из полюса силы? Устоял бы он.

Может и не было бы войны в Югославии и все погибшие там остались бы живы.

— Это ты к чему? — озадачился Лешка.

— Просто представил, что если бы в СССР существовали бы некто, по аналогии с этими Древними Родами… Представь, что Ленайра жила бы в то время и занимала бы в СССР то же положение, которое занимает у себя в империи? То, что СССР надо было реформировать — было ясно. В той ситуации он уже подошел к краю и вариантов спасения было немного.

Но вот если бы тогда оказалась влиятельная сила, которой доверяли бы все слои общества… Как там в империи Древним Родам? Доверяют?

Лешка задумался, вспоминая.

— Я бы сказал, что да. По крайней мере даже приказы Ленайры никто не оспаривал.

— Ну вот. Если бы в девяносто первом нашлась бы силы, которая так же почистила бы властные коридоры, как произошло в империи благодаря твоей подруге, может история пошла бы по-другому. Но ведь в этом случае так же наверняка пострадали бы верные, честные, хорошие люди.

В таких ситуациях это неизбежно случается.

— Допустим…

— Зато реформы могли бы пройти более гладко и без глобальных потрясений. И не было бы кровавых девяностых… ну или были бы гораздо меньше масштабов. Вот и спрашивается, хорошо бы она сделала или нет?

— Меньшее зло? — хмыкнул Лешка. — Ты же сам про это говорил.

— Говорил. В обычной жизни все так. А вот в такой игре… Судьбы десяток против миллионов? Готов сделать выбор?

Лешка поежился.

— Что-то не хочется.

— А твоя подруга вынуждена его делать. Причем делает она его постоянно.

А что ты делаешь? Вместо того, чтобы поддержать, начинаешь хныкать…

— Эй, я не хныкал! И мы с Ленайрой поговорили об этом!

— Угу. Тем не менее она, конечно, действует немного грубо, что не вызывает к ней симпатию у окружающих. Все тоже самое она могла бы проделать и по-другому, но это, скорее, от отсутствия опыта. — Юрий Петрович задумался. — Кажется, зря я пренебрегал этой областью знаний. Поверил девчонке про силу и ее тренировки. Но это все чушь. Для нее не та сила нужна.