Лейтенант (Часть 2) Назад в СССР. Книга 9

Секунда, две… Затем оглушительно грохнуло!

Выждали несколько секунд.

— Пошли! — рявкнул я и первым бросился на свет. Шут за мной.

Говорить, не мешки ворочать. Получилось плохо — скованные от холода и судорог мышцы не слушались, боль добавляла крайне неприятных ощущений, которые сильно мешали нормальной координации. В итоге я не выскочил из-под скалы, а буквально вывалился…

Духов было шестеро. Все собрались здесь, прямо у входа. Четверо из них, кто-как лежали в разных позах, в пятнах крови, а ещё один сидел на пятой точке, схватившись за голову. Последний, громко ругаясь, уже поднимался на ноги, держа за рукоять старенький Калашников.

Полулежа на боку, вскинув ПБ-1С, я дважды нажал на спуск, перевел ствол на сидящего — этому досталась одна пуля.

Вылез и Шут — на лице гримаса боли, зубы стиснуты, в руке сжат ТТ-шник. Его тоже прихватила судорога, причем за обе ноги сразу — это теперь три-четыре минуты придется отходить и разминать мышцы. А времени-то и нет совсем — на шум взрыва гранаты сейчас сбегутся другие душманы… А ну, что это там взорвалось такое?

— А, ты уже все? — Паша опустил пистолет, когда увидел что стрелять не в кого. — Лихо ты!

Затем он кое-как принял вертикальное положение, сделал пару неуверенных шагов. Приблизился и склонившись над тяжело раненным духом, вырвав из его окровавленной руки аптечку, глухо произнес: — Дай сюда, чего чужое хватаешь?

— Шут, уходим! — воскликнул я, хватая валявшийся на камнях автомат. Из разгрузки одного из врагов вытащил запасной магазин. Особо шариться по трофеям времени не было.

— Ага… Гром! А у тебя ещё дымовухи есть? — спросил тот. — Можно ещё раз тот же трюк разыграть, что мы на гребне сделали. Дым увидят, не полезут!

— Не! У меня только две с собой было, первую ещё ночью в вентиляции использовал. Думал, в бункере духов полно, а там и пугать-то было уже некого! Считай, зря использовал…

— Плохо… Ну хоть гранаты есть!

С тел душман мы собрали ещё три гранаты — две оборонительных и одна наступательная. И у меня еще одна из боекомплекта оставалась.

Бегать пока еще не получалось — мышцы на икрах словно одеревенели, отчего мы двигались, словно деревянные солдаты. Потихоньку отпускало, но как-то слишком медленно. Боль пока ещё сохранялась.

А ещё нам было жутко холодно, одежда-то на нас почти доверху вымокла насквозь. И погода не очень. Чтобы не стучать зубами от холода, нужно было постоянно двигаться — мой КЗС высохнет относительно быстро, может, через пару часов, а вот утепленная нателка… И учитывая, что было только семь утра, а на дворе второе января, температура воздуха была около десяти градусов. При такой температуре особо не согреешься! А обвисшие слипшиеся тряпки Шута будут высыхать ещё дольше…

Мельком взглянув на Шута, я вдруг громко расхохотался.