Лэрн. На улицах (СИ)

Дайл же, как и остальные представители локальной ""элиты"", плавают куда более мелко — берут свою долю с попрошаек, карманников и грабителей, облагают ""налогом"" местные заведения, а порой и сами не брезгуют отправить своих парней на верное дело в городе или сдать их в аренду кому-то более солидному.

Вытерев рот и руки салфеткой, поднимаюсь со своего места, уважительно кивнув Фурцу. Сегодня стоит наведаться к Дайлу и придумать для него правдоподобную версию появления у меня денег, отдав соответствующую долю. Его парни в любом случае рано или поздно заявятся, чтобы выяснить источник моего внезапного богатства. И факт обладания револьвером никак не меняет расклад — в конце концов, под его началом полсотни бойцов, на руках у которых десятка три револьверов и несколько ружей. Мне с ними никак не потягаться. Поэтому, лучше всего будет сработать на упреждение, избавив себя от расспросов. Помимо этого, стоит смотаться в приграничный с Горницей район и договориться о наблюдении за домом маркиза — у меня действительно есть пара вариантов осуществления этой задачи — тут я аристократке не врал.

Поднявшись наверх, стучусь в дверь. Услышав звук шагов, который затихает около входа, начинаю говорить.

— Я иду по делам в город. Ждите здесь, не высовывайтесь — еду вам доставят в комнату. К ужину, я уже должен вернуться.

Как только начинаю разворачиваться, щёлкает замок и в приоткрывшейся щели показывается лицо виконтессы.

— А если не вернёшься? С кем нам вообще говорить, если что-то пойдёт не так?

Пожимаю плечами.

— В самом крайнем случае — с хозяином дома, Фурцем. Но помимо него, тут ещё есть люди — такие же гости, как и мы. Один сегодня предлагал продать тебя в рабство на юг. Так что, лучше всего — сидите в номере и не показывайтесь снаружи.

Судя по лицу, она явно хочет спросить что-то ещё, но я уже шагаю к лестнице, так что девушке остаётся лишь злобно хлопнуть дверью. На ступеньках снова сталкиваюсь с молчаливым мужчиной в костюме-тройке, что не проронил ни единого слова за весь завтрак и миновав пса, покидаю дом. Оглянувшись по сторонам, убеждаюсь, что потенциальные наблюдатели отсутствуют, после чего быстро сворачиваю на соседнюю улицу. А спустя двадцать минут уже покидаю Горницу, выбираясь в более благополучный район. Да, таковым он является только с точки зрения жителей наших кварталов — в основном за счёт того, что здесь нет организованных банд и присутствуют патрули полиции, пусть и в усиленном виде — сразу по пять человек, обычно держащих руки на револьвере. Если спросить у кого-то из обитателей центра города, он наверняка скажет, что между районами нет никакой разницы и вообще соваться в эту часть Каледа может только сумасшедший.