Лестница бога. Пенталогия (СИ)

Эстетическое чувство прекрасного только подчеркивала красивая в меру длинная шея и юное, прекрасное, немного детское лицо с огромными васильковыми глазами в обрамлении пушистых белокурых волос, густыми волнами спускавшихся почти до талии. Черты лица чем-то напомнили Андрею античные греческие статуи, если бы им удалось приживить выражение легкой рассеянности и блуждающую на губах улыбку. Серебристо-голубой комбинезон с накладными кармашками на груди и бедрах девушки плотно облегал фигуру, нисколько не скрывая, а даже подчеркивая каждую её линию. Открытыми оставались лишь кисти рук с изящными, тонкими и длинными пальчиками и верхняя половина шеи. Голова девушки была чуть-чуть повернута, и Андрей увидел, как на молочно-белой коже шеи, за ухом, едва заметно, в такт ударам сердца, билась жилка...

Первый шок от созерцания этого неземного видения ещё не прошел, но Андрей уже понял, что к потустороннему миру девушка не имеет никакого отношения, а является таким же существом из плоти и крови, как и он сам. Быстро взяв себя в руки, он продолжил неподвижно сидеть в центре комнаты, скрестив ноги и оставив руки неподвижными, уподобившись статуе Будды... Пусть похитители, а он воспринял девушку их посланником, воспринимают его именно так. Он не будет ругаться, просить или уговаривать. Он вообще ничего не будет говорить, а только сидеть и слушать - он и так чуть было не проиграл первый раунд, поддавшись очарованию девушки. В конце концов у похитителей не останется вариантов, как только озвучить, что они от него хотят, в том числе цену за сотрудничество. Вот тогда и можно будет побеседовать, сделав шаг навстречу, но уже на своих условиях."

"Похоже, выбранная Андреем стратегия оказалась верной. Первой затянувшееся молчание прервала девушка, начав что-то быстро говорить. Голос у нее оказался под стать фигуре - высокий, нежный, мелодичный. А язык - абсолютно незнакомый. Андрей был так ошарашен данным фактом, что чуть было опять не потерял свою невозмутимость. Однако быстро взял себя в руки и продолжил сидение каменным истуканом. Девушка между тем продолжала говорить, как будто беседуя сама с собой или надиктовывая информацию в рекордер, бросая взгляд то на него, то на непонятное тонкое устройство в виде прямоугольника, которое сжимала в руках. Периодически в её речи стали появляться вопросительные интонации. Изредка прерываясь, она что-то быстро писала на своем устройстве, видимо, выполняющем роль не только записывающего устройства, но и планшета или записной книжки. Поток красноречия лился и лился, и Андрей снова начал проваливаться в нирвану.