Личный трофей опального генерала-2

— Что ответил?"

"— Да ничего толком. Гаркнул: «Алло!» — и спросил, кто говорит.

— А ты?

— А я с перепугу отключилась, — пробормотала тетка. — Голос у него знаешь какой строгий.

— Да плевать я хотел, Люся, — по-бабьи вскинулся мужик. — Ты не могла, что ли, Шурку к телефону пригласить… Идиотка! Он тебе что, через смартфон сердце выгрызет?!

— Дурак ты, — запричитала женщина и тут же вскрикнула. Залаяла, как припадочная собака.

— Бьет он ее, что ли? — пробурчал себе под нос Меньшиков, прислушиваясь к глухим ударам. А когда все стихло, внезапно понял, что придется ждать, когда его лихие тюремщики захватят в плен жену генерала Кирсанова.

«И тогда прискачет он на белом коне, освободит жену и меня заодно, — хмыкнул про себя Меньшиков и с сарказмом подумал: — Главное, не обосраться во время штурма».

— Странный звонок был… — растерянно протянул Кирсанов. — Я ответил, а трубку бросили…

Александра сонно глянула в экран телефона и, увидев Люськин пропущенный вызов, поморщилась.

— Это папина сестра, — пробормотала Санька. — Я ее не люблю. Она противная.

— Тогда и хорошо, что она отключилась, — хмыкнул Кирсанов, снова устраиваясь на кровати с женой. — Только разбудила тебя. Я-то старался тихо с телефоном выскочить…

— Наверное, она номером ошиблась. Не в тот контакт ткнула, — вздохнула Санька. — Хорошо, что она тебя испугалась… — прошептала она, закидывая ногу на Кирсанова и засыпая снова.

— Я телефон на беззвучный поставил, — предупредил он, обнимая жену.

— Угу-м-с, — пробурчала Александра и, уткнувшись ему носом в плечо, засопела.

Сергей Юрьевич Кирсанов чмокнул жену в макушку и задумался. Сон не шел. Стоило закрыть глаза, как тут же перед внутренним взором вставал во весь рост отцовский памятник, установленный по заказу дяди Коли.

«Это же сколько денег старик вгрохал», — мысленно почесал репу Кирсанов. Убрал с лица жены непослушную прядку и снова попробовал заснуть.

«Поганая тетя Люся, — мысленно рыкнул он. — Разбудила зараза. Теперь до утра не уснуть!» — вздохнул он про себя и, когда Александра откатилась к стене, осторожно встал. Вышел в санузел, откуда по новой привычке звонил по делам, дабы не побеспокоить жену, и ткнул в контакт матушки Пелагеи.

— Ален, — позвал негромко, прекрасно зная, что сестра выговорит ему, что звать ее давным-давно Пелагея.

— Господи помилуй, Сереженька, — пробормотала сестрица. — Лара мне звонила. Сообщила, что ты в Никифоровку ездил. Что-то нашел? Обо что Сашенька ударилась?

— Нашел, Лен, — вздохнул он и принялся рассказывать о куске розового мрамора и мемориальном комплексе.

— Я знаю, — обронила Алена. — Мне тетя Валя сразу сообщила, и отец Павел письмо написал…

— Какой еще отец Павел? — не понял Кирсанов.

— Священник наш, Никифоровский.