Линия мести

Но Оля была мертва, она не могла присылать мне послания с того света! Я еще не потеряла остатки здравого смысла и прекрасно понимала: меня попросту хотят довести. Довести до нервного срыва, свести с ума, заставить поверить в то, что я виновата во всем, что произошло с моими несчастными соседками по палате. И делать это мог только живой человек, из плоти и крови. Я даже в детстве не верила в потусторонний мир, равно как не верю в него и сейчас. Я сделала вывод: существует некий преступник, который убивает или доводит до самоубийства людей, с которыми я так или иначе общалась. Кто это может быть? Опять-таки, все крутится вокруг больницы. Эти смс-угрозы, эти таинственные случайности и происшествия больше всего напоминают замысел человека неадекватного, сумасшедшего. Я больше склонялась к мысли, что темные делишки — дело рук кого-то из пациентов. А что, в больницу запросто мог попасть сам преступник — подкупив врача или медсестру или еще каким способом. Конечно, намеренно сделать себе перелом сложно. Но человек может лечь в клинику под видом неудавшегося самоубийцы — ведь Олю положили именно в эту лечебницу! Правда, женщина пыталась покончить с собой и заработала себе травмы. Ладно, опустим эти детали — пускай предполагаемый преступник скрывается среди пациентов. Но кто это может быть?"

"Я вспомнила всех людей, присутствовавших на сеансе у психолога. Самой странной была та женщина, которая переживала за успеваемость своей дочери. В принципе, неплохая маскировка — на нее никто бы не подумал. Хотя возникает законный вопрос: как она выманила Аню из больницы, причем сделала это незаметно для меня! И потом, девушку зверски убили, а значит, преступник должен обладать немалой физической силой. То есть преступник — мужчина? Совсем не обязательно. История знает немало примеров, когда хладнокровными убийцами были женщины. Вспомнить хотя бы Ильзу Кох, надзирательницу одного из концлагерей, которая жестоко издевалась над заключенными. Или знаменитую Эйлин Уорнос, на счету которой семь убитых мужчин. Да можно назвать сколько угодно серийных убийц, которые внешне ничем не отличались от нормальных людей, потому-то их никто и не подозревал в злодеяниях!

Исходя из этого, можно сделать вывод: убийцей мог быть кто угодно — хоть пациент, хоть добрейшая медсестра, хоть санитарка! Самое главное, у меня нет ни малейшей зацепки, ни одной улики, отталкиваясь от которой я могла бы назвать хотя бы одного подозреваемого.