Лисье золото

Возможно, на контрасте с мрачной и сумрачной гостиной библиотека выглядела светло и неподобающе случаю жизнерадостно.

Нотариус утвердился за специально для него установленным письменным столом, остальные расселись кто где. Алекс заметил, что даже сейчас каждый из членов клана пытался минимизировать контакт с остальными. На одном диване уселись лишь он с дедом и Клавдия. Мириам присела на широкий подоконник. В одной руке у неё был бокал с коньяком, во второй серебряный портсигар. Гера остановил свой болид недалеко от двери и все время нетерпеливо поглядывал на часы. Его, самого молодого из присутствующих, происходящее напрягало и повергало в уныние. Алекс был уверен, что Гера считает минуты до встречи с Ретивым, своим любимым жеребцом.

Акулина по своей привычке не останавливалась ни на минуту и расхаживала туда-сюда за спиной младшего брата, то ли прикрывая тылы, то ли отрезая тому путь к отступлению. В отличие от легкомысленного Геры, к деньгам она относилась серьезно, а к очень большим деньгам – очень серьезно.

Тихон с Демьяном уселись в глубокие кожаные кресла друг напротив друга. Демьян всем своим видом изображал азарт, а Тихон максимальную сосредоточенность.

Элена, сделав круг по свободному пространству библиотеки, попыталась было угнездиться рядом с Оленевым, но тот указал ей на одно из пустующих кресел в портере. Элена, уже мнящая себя хозяйкой Логова, не удержалась от мстительного взгляда, но почти сразу же изобразила на лице покорность судьбе."

"Когда все наследники, наконец, заняли свои места, Оленев вздохнул, откашлялся, поправил на носу старомодные очки и выложил на стол изрядно потрепанную кожаную папку.

– Прежде всего, – начал он скучным, лишенным всяких эмоций голосом, – хотел бы выразить свое…

– Василий Петрович, приступайте, пожалуйста, – мягко оборвал его дед, а сидящая рядом Клавдия едва заметно кивнула.

– Как вам будет угодно, Андрей Сергеевич, – продолжил нотариус все тем же скучным тоном. – В таком случае позвольте мне приступить к оглашению…

Пронзительный скрип дверных петель заставил его снова замолчать, а Арнольда, допустившего такой конфуз, задуматься о харакири или, на худой конец, об увольнении. Взгляды всех присутствующих устремились в сторону двери, которая открывалась с какой-то театральной неспешностью.

– Да неужто, – хмыкнула Клавдия, разглядывая вплывающую в библиотеку пышнотелую даму. – А как же ретриты и просветления?

– Намастэ! – Дама ловко обошла сначала Акулину, потом болид Геры, остановилась перед столом нотариуса, сложив пухлые, унизанные перстнями и браслетами руки в приветственном жесте. – Скажите, что я успела, мои хорошие!

– Как ни странно, мама, ты в самом деле успела, – процедил Тихон.